Книга Пастырь, страница 97 – Александр Седых, Вячеслав Седых

— При этом ещё цирковые кульбиты по полю крутит, — кивнул Михась. — И стреляет поочерёдно с обеих рук.

— Да, похоже, ещё и из разных стволов, — заметил отличие калибра пуль контрразведчик.

— Я инока только с маузером видел, — пожал плечами Михась. — Но издали, особо-то не разглядишь. Может, во второй руке у Ронина наган и был? Шаман обеими руками в сторону мишеней тыкал.

— Ага, ещё и винтовочный обрез под мышкой, — отвесил подзатыльник нерадивому шпиону начальник. — Ротозей, бинокль взять с собой не догадался.

— Так шаман крутится, как юла, — поправляя сдвинутую на глаза папаху, оправдывался Михась. — Тут никакая бинокля не поможет уследить за иродом. Сам бы поглядел на бешеную карусель.

— Вот и поглядим, — одёрнув рубаху, перетянутую ремнями портупеи, решил лично вывести проклятого шамана на чистую воду начальник контрразведки. Лёва Задов часто сталкивался с Рониным в штабе батьки Махно, но в боевой обстановке ещё ни разу инока не видел. Хотелось узнать: каков хвалёный казак в настоящем деле. — Михась, когда у Ронина вечерняя тренировка на стрельбище?

— Ужо перед самым закатом, — замялся подручный. — Только тогда мы без горячего ужина останемся, ибо ужо надо бы коней седлать и скакать на дьявольское поле, далеко за расположение полка.

— Так как же Ронин всюду поспевает? — всплеснув руками, зло посетовал Лёва Задов.

— Шаман быстрее пришпоренной лошади несётся, не разбирая дороги. Через ямы прыгает, как сайгак, удирающий от волчьей стаи. — Михась тяжело вздохнул. — Нам его и конными не опередить. Загодя выезжать следует.

— Перекусим на ходу, пироги в тряпицу заверни, — не хотелось Лёве пропустить начало представления. — Седлай коней, Михась.

Всё равно, пока провозились в штабе и неспешно рысили на конях к далёкому полю, чуток опоздали — щелчки выстрелов из маузера уже доносились со стороны дьявольского стрельбища.

— Лёва, не спугнуть бы демона, — попридержал коня подручный. — Надо бы спешиться под прикрытием кустарника. Дальше тайком покрадёмся.

— Хочешь, что бы Лёва Задов на брюхе ползал перед иноземным отродьем?! — грозно ошпарил наглеца взглядом вскипевший анархист.

— В поле иначе зверя не высмотреть — спугнёшь, — втянув голову в плечи, оправдывался опытный разведчик.

— Ладно уж, за кустиком с театральным биноклем посижу, — Достав из сумки трофейную оптику внушительных размеров, пошёл на компромисс кабинетный работник. — Веди в партер, билетёр.

Шпионы привязали коней и тихонько прокрались через заросли кустарника.

После череды быстрых выстрелов Ронин остановился, перезарядил маузер и, зачем-то, вогнал пистолет обратно в деревянную кобуру на бедре. Затем резко обернулся к мишени, взмахом руки молниеносно выхватив маузер из кобуры. Пистолет влетел ему в ладонь, словно к рукояти была заранее привязана тонкая прочная нить.

Первый выстрел грохнул, как только рука стрелка подхватила маузер на лету. Последующие посыпались горохом следом, когда Ронин уже кувыркался в сторону, уходя от воображаемого огня противника. Руки инока вскидывались в сторону расположенных с разных сторон мишеней. Что удивляло — обе руки дёргались, будто бы и во второй был зажат невидимый пистолет.

— Чего это чудик пустым кулаком в мишени тычит? — пожав плечами, не понял сути упражнения Михась.