Книга Леди-чертовка, страница 125 – Лиза Клейпас

— Боже правый, ты что, уже и чемодан собрал? Говоришь так, словно уезжаешь завтра.

— Не завтра, но скоро. Не могу же я остаться здесь навсегда. – Он сложил страницы в стопку и придавил сверху стеклянным пресс-папье. – Тебе придется нанять квалифицированного помощника. Думаю, твой отец сможет кого-то порекомендовать. Кто бы это ни был, он должен выстроить отношения с арендаторами и, черт возьми, хотя бы делать вид, что твои дела ему небезразличны!

Феба вопросительно взглянула на него:

— Ты на меня сердишься?

— Нет. На себя.

— За что?

Его лицо омрачила хмурая гримаса.

— Приступ привычного отвращения к себе. Не обращай внимания.

Такая раздражительность и уныние были совсем ему несвойственны!

— Пойдем прогуляемся? – предложила Феба. – Ты слишком долго сидишь в четырех стенах.

Он покачал головой.

Тогда Феба осмелилась затронуть тему, занимавшую мысли их обоих.

— Уэст, скажи: разве ты на месте Эдварда не…

— Хватит! – оборвал он. – Это нечестно по отношению и к нему, и ко мне!

— Я не стала бы спрашивать, если бы не нуждалась в ответе.

— Ты и так знаешь ответ! Единственное, что здесь важно, – благополучие мальчика: это у него не было и нет выбора. После всего, что я пережил в детстве, ни за что не бросил бы собственного сына и его беззащитную мать на произвол судьбы. Да, разумеется, я бы на ней женился!

— Такого ответа я и ждала, – тихо ответила Феба. Теперь она любила его еще сильнее прежнего, если такое возможно. – Значит, у тебя нет незаконных детей.

— Нет. По крайней мере, у меня есть все основания так думать. Но полной гарантии нет. Для женщины, которая не любит неприятных сюрпризов, у тебя талант выбирать неподходящих кавалеров.

— Тебя нельзя ставить в один ряд с Эдвардом! – возразила Феба. – Он позаимствовал деньги из наследства моего сына. Ты никогда такого не сделаешь – не навредишь ни Джастину, ни Стивену.

— Уже навредил. Они это почувствуют, когда станут старше.

— Господи, о чем ты?

— Слишком часто в прошлом я устраивал сцены в самых неподходящих обстоятельствах, перед самыми неподходящими людьми. Вел себя как полная свинья: скандалил на светских приемах, мочился в фонтаны, блевал в горшки с цветами. Спал с чужими женами и разрушал семьи. Чтобы так опозорить свое имя, нужны годы самоотверженных усилий, но, видит бог, у меня получилось. Обо мне всегда будут ходить самые гадкие слухи и сплетни, и большинство из них я не смогу опровергнуть, так как мне нечего сказать, кроме «Не помню, был пьян». Рано или поздно твои сыновья об этом услышат, и любые их теплые чувства ко мне обратятся в прах. Я не позволю, чтобы мой позор стал и их позором.

Феба понимала, что такую речь бесполезно опровергать пункт за пунктом: он упрется, начнет спорить, и ни к чему, кроме ссоры, это не приведет. Что толку отрицать? Высшее общество чрезвычайно склонно осуждать ближних. Наверняка найдется немало таких, кто готов влезть на моральный пьедестал и оттуда громко обличать Уэста, не обращая внимания на свои собственные грехи. Найдутся и другие, кому будет плевать на его запятнанную репутацию, если с ним выгодно иметь дело. И этого не изменить. Но она может научить Джастина и Стивена не слушать сплетен и не поддаваться давлению ханжей. Пусть ее сыновей ведут по жизни ценности, привитые матерью: доброта и человечность.