Книга Благовест, страница 182 – Алиса Клима

— А почему без нее? – вмешалась Вера. – Я ничего против Рябовой не имею, но она работала на Грязлова, хоть тот ее и принудил.

— Вот и я о том. – Клавка говорила с полным ртом. – Пусть отвечает за все. Если бы не Рябова, может, многого бы тут и не случилось. Кто знает, что она ему там плела! И вообще непонятно, как мы построим без этого звена показания, если именно через нее заманили этого хмыря позорного в конюшню.

Ларионов немного помолчал.

— Вы понимаете, какие последствия будут для Натальи Рябовой? – наконец сказал он.

— Какие заслужила! – выпалила Клавка. – Мы все ответку держим за свои дела. А она что, какая-то особенная? Шестерка, она и в Африке – шестерка!

— Скорее всего, Рябову подведут под «вышку», – спокойно сказал Ларионов. – Мы – не суд, не нам решать. Но надо до приезда комиссии взять ее тогда под стражу.

Вера опустила глаза и молчала. Клавка дергалась, блуждала глазами по потолку и бубнила:

— Не мы ее толкали на это…

— Тогда я отдам приказ Фролову взять Рябову под стражу. – Ларионов поднялся.

— Тогда и показания наши будут честные, – не унималась Клавка.

Ларионов сухо кивнул и направился к выходу.

— Нет! – будто опомнившись, вдруг воскликнула Вера.

— Ты чего? – подскочила Клавка.

Вера догнала Ларионова в сенях и схватила его за рукав.

— Нет, нет, – она замотала головой. – Этого нельзя допустить.

— Что же мне прикажешь делать? Клавдия не хочет менять показания.

— Ну вот! – недовольно крикнула Клавка из кухни. – Как всегда, я – крайняя… У меня, между прочим, ранение.

Ларионов пристально смотрел на Веру.

— Верочка, даю вам с Клавдией полчаса, чтобы вы приняли решение, – сказал он и вышел.

Вера вернулась в кухню.

— Ты что, думаешь, я хочу ее под «вышку» подвести? – Клавка нахмурилась. – Да мне-то что. Но и мы почему должны теперь сочинять что-то? А эта сука потом еще какую-нибудь подлость выкинет. Такие люди неисправимы…

— Помолчи. – Вера задумалась.

— Я-то помолчу… Но мое мнение такое: предателей надо наказывать. Конечно, не ВМН, но все же…

— Но есть риск, что именно ВМН. Ты понимаешь, что ее расстреляют за мелочь?

— Мелочь?! – Клавка гордо постучала по перевязанному плечу. – Хорошо, попал в руку, а если бы не в руку? А Паздеев? Пацан чудом не помер… Посмотрела бы я на Рябову, если бы, не дай бог, Грязлов в тебя попал! Ларионов бы от нее мокрого места не оставил. И суда бы не дождался. Да если блатари узнают, что Рябова ссучилась, ее вмиг на перо насадят!

— Ты решила сдавать? – Вера понимала и правоту и негодование Клавки. – Я – против. Но тебе решать…

Клавка сердито молчала, отвернувшись. Вера тоже. Через полчаса вернулся Ларионов.

— Что решили? – спросил он, наливая воду из кувшина.

Клавка сидела нахохлившись, косясь на Ларионова подбитым глазом и периодически икая от обжорства.

— Пусть Верке скажет спасибо, – заворчала наконец она. – Рябова ей теперь по гроб жизни обязана.

Ларионов смерил Веру взглядом.

— Ты согласна менять показания? – переспросил он Клавку.

— Да согласна, согласна! – выпалила та, не стесняясь выказывать раздражение при начальнике. – И нечего на меня так смотреть! – сердито обратилась Клавка уже к Вере. – Ты жизнь ей спасла. А она все равно предательница – могла не стучать в крайний раз. Сама ведь его вызвала! Помяните мое слово: эта святоша еще где-нибудь проявится…