Книга Благовест, страница 185 – Алиса Клима

— Валентина, наладь щей, – благостно попросил Ларионов. – Позже поедим – к вечеру.

— Уютно тут у вас. – Гречихин одобрительно озирался.

— Когда намерены вести допросы? – в лоб спросил Ларионов.

— Да я думаю, что ты тут уже давно со всем разобрался. – Гречихин улыбнулся. – Но для рапорта нужны протоколы. Сам решай, Гриша.

Вера прослезилась. Неужели это было возможно – такое для них везение? Господь услышал их молитвы и послал им этого чудесного Гречихина.

Ларионов нежно сжал ее руку на столе.

— Давно ли ты обрел счастье? – спросил ласково Гречихин.

Ларионов смутился и усмехнулся.

— Так давно, что махом и не рассказать, – ответил он, оглядывая Веру.

— В поезде я считал, что ты не был еще женат.

— В поезде еще нет. Я тебе как-нибудь потом расскажу. Иначе жена выгонит нас из дома.

— Все же любопытно, как вам тут удалось раскрыть Грязлова и докопаться до истины? – сказал Туманов, выпивая и закусывая.

— Расскажи ты, у тебя лучше выйдет. – Ларионов кивнул Вере.

— А что рассказывать? – Вера пожала плечами. – Главные тут герои – одна наша заключенная, Клавдия Сердючко, которую вы видели, и доблестный сержант Паздеев – он в больнице с тяжелым ранением. Они и обезвредили Грязлова. Правда, частично… Он успел ранить обоих. Жаль, сбежал…

— Заключенная и сержант… – Гречихин удивленно покачал головой. – Хорошие кадры вы тут воспитываете, товарищ комиссар!

— Лучшие! – сказал радостно Ларионов, и мужчины снова выпили.

— Ну тогда, может, нам стоит указать это в рапорте? Сержанту точно светят новые петлички, а вот заключенная, в зависимости от статьи, может попасть и под УДО.

— Клавку могут освободить?! – Вера вскинула голову.

— Вы, видно, этого очень хотите?

— Очень! Ведь она – мой друг! – Вера с надеждой посмотрела на Ларионова. – И статья у нее хорошая: воровство.

Мужчины засмеялись, а Ларионов поцеловал Вере руку. Он немного захмелел и не скрывал уже своего счастья от такой удачи для лагпункта.

— Ну а вашему мужу могут и награду дать и на новую должность перевести. – Гречихин весело подмигнул.

Вера слабо улыбнулась и опустила ресницы. Ларионов снова сжал ей руку.

— Валь, ты вот что, – сказал он, – насчет этого поговорим в бане. Мне сейчас отсюда никак нельзя. Может, сможешь помочь или посоветовать что-то путное…

Туманов вздохнул, зная уже, о чем будет говорить Ларионов и чего больше всего опасается. Гречихин посмотрел на затихшую Веру и немного опечалился.

— Ничего! – Он тут же поднял бокал. – Придумаем что-нибудь! Чем смогу – помогу. А шанс есть…

— Мне бы в библиотеку… – Вера робко взглянула на Ларионова.

— Хорошо. Мы после обеда пойдем в баньку, а за ужином встретимся.

Вера простилась с Гречихиным и Тумановым. Она видела, как о многом надо поговорить мужчинам. И впервые за этот год в ней затеплилась надежда на прорыв.

— Пятьдесят восьмая? – как только ушла Вера, спросил Гречихин.

Ларионов кивнул и выпил.

— Понимаю… – Гречихин задумался. – Есть мысли, Гриша. В бане втроем потолкуем. Подумаем, как вас вызволять.

Вера устало вошла в библиотеку.

— Отбой? – спросила Губина с улыбкой.

Вера ласково кивнула, обошла Губину сзади и вдруг обняла ее. Та раскачивалась, похлопывая Веру по рукам.

— Ничего, вот родишь ребеночка – время полетит, а там, глядишь, мужик твой и найдет выход. Он предприимчивый. Как-нибудь… Как-нибудь…