Книга Дар богов, страница 4 – Валентина Нурисламова

Ивар глубоко вздохнул и полез в воду. Мать бы этого никогда не позволила! Хорошо, что она не видит.

Пока он мог касаться ладонями песка, все шло не так уж плохо. Голову можно было вытянуть над водой и дышать, а с помощью рук пробираться вперед.

— Не держись за дно! — крикнула Ангрбода. — Расслабься!

Ивар, может, и не послушал бы ее, но дно внезапно ушло не только из-под ладоней, до него невозможно было дотянуться даже кончиками пальцев! А набежавшая волна приподняла еще выше. Внезапно охвативший страх сковал все тело, Ивар забарахтал руками изо всех сил. Вода накрыла с головой, и невозможно было определить, где верх, а где низ.

— Расслабься! — донесся сквозь воду голос Ангрбоды.

Но тщетно. Воздух в легких закончился, а вынырнуть так и не получалось. Грудь изнутри жгло огнем, и Ивар все-таки сделал вдох, втянув вместо воздуха соленую воду. И тут же ею захлебнулся. И закашлялся, втягивая все больше и больше.

А потом он вдруг оказался над поверхностью и смог наконец дышать. Кашлять, отхаркивая воду, но все же дышать. Когда муть перед глазами рассеялась, страх отступил, и Ивар снова мог думать почти как обычно, он понял, что из воды его вытащила Ангрбода и теперь держит, обхватив руками под ребра.

— Я же говорил! Я же говорил, что утону! Я не умею плавать! — с яростью накинулся он на Ангрбоду.

Все же мать была права…

— Утонуть в луже может только дурак. А ты не дурак, — спокойно ответила Ангрбода.

Она, как обычно, смотрела мимо Ивара — на воду. Ивар тоже огляделся. Волны плескались возле бедер Ангрбоды, совсем низко. Чтобы достать руками до дна с поверхности, не хватало всего нескольких пядей. Действительно, лужа… Ивар понял, что краснеет.

Еще сильнее он покраснел, когда увидел, как мокрая рубашка облепила тело Ангрбоды — очертания бедер и треугольника, в повернутой книзу вершине которого сходились ее ноги. Закружилась голова, а во рту мигом пересохло.

Ангрбода сделала полтора шага назад и погрузилась в воду до пупка, все еще придерживая Ивара на вытянутых руках.

— Расслабься и двигай руками, — сказала она.

Ивар послушался — ничего больше не оставалось. Ангрбода таскала его вперед и назад вдоль берега, а он барахтался в воде, словно щенок.

Наконец начало что-то получаться — Ивар даже не понял, как. Ангрбода убрала руки, и он ощутил, что плывет — сам, навстречу ей.

Один гребок. Другой. Третий. Четвертый… Ангрбода с каждым движением Ивара отходила на шаг, а Ивар двигал руками вновь. Он наконец понял, что значит расслабиться — и плыть. Это оказалось куда приятнее, чем ползать по земле — чем-то напоминало полет. Нет, летать Ивару не приходилось, но он был уверен, что птицы чувствуют нечто подобное: упругий воздух под крыльями — как воду под руками — на который можно опереться — пусть всего на несколько мгновений — и двигаться дальше. Но если расслабиться, действительно расслабиться, как говорила Ангрбода, и делать так, чтобы конец одного движения становился началом другого, казалось, что паришь. Что вода, как, наверное, и воздух, может держать. Что можешь двигаться так легко, как никогда не получалось на земле!

Ивар не понял, что он сделал неправильно. И в нем ли вообще было дело. Просто очередная волна захлестнула с головой, и он снова потерял ощущение верха и низа и начал задыхаться. Ангрбода опять выдернула его из воды.