Онлайн книга «Дар богов»
|
Ивар вцепился в нее, обхватив руками за плечи. И, отдышавшись, почувствовал, как через рубашку Ангрбоды и его собственную ощущаются ее груди. Перед глазами все помутилось, ощущения стали ярче и четче — и помимо двух упругих, не слишком заметных на привычно плоском теле Ангрбоды бугорков, Ивар почувствовал еще и ее соски — неожиданно твердые (хотя вообще-то, какими обычно они должны быть у девочек, он себе с трудом представлял). В этот момент ничего не хотелось сильнее, чем потрогать груди Ангрбоды, погладить их пальцами, сжать их в ладонях… Нет, Ивару даже казалось, что ему вообще никогда и ничего не хотелось сильнее! Но где-то на краю сознания витала мысль, что если он вот так запросто сейчас сделает это, то это будет неправильно. Он ненавидел в этот момент себя — за нерешительность, а Ангрбоду — за то, что она была… такой. И не мог ничего поделать с собой и со своими желаниями. Потому взял — и ущипнул Ангрбоду за грудь, прямо возле соска — со всей силы! Ангрбода взвизгнула, и в следующий момент у Ивара перед глазами все помутилось и зашлось разноцветными пятнами: она врезала ему по уху — тоже со всей силы — возле виска. Ивара снова накрыло волной: Ангрбода оттолкнула его, и он был не в силах удержаться на плаву. Она все же вытащила его из воды — в который уже раз? И смотрела прямо в глаза — строго, с осуждением, как никогда раньше не смотрела. Ивар стиснул зубы, вздохнул и, чувствуя, как краснеют уши, вымолвил: — Я больше так не сделаю. ========== — два — ========== Ивар открыл глаза и застонал от разочарования. Это был всего лишь сон. Опять всего лишь сон… Внутри все жгло огнем, огонь растекался по телу с каждым ударом сердца, а в висках стучало так, что от этого мутилось перед глазами. Тот день преследовал Ивара — все образы и ощущения. Ощущение полета — в воде — и ощущение груди Ангрбоды, ее твердых сосков — через мокрую одежду. Ивар не мог этому найти объяснения. Он видел Маргрету обнаженной и трогал ее, где хотел, — не единожды. Он даже пытался заняться с ней любовью. Но то далекое, почти детское, воспоминание не шло со всем этим ни в какое сравнение. Ивар уткнулся лицом в подушку, пытаясь отогнать картины из сна, — тщетно. Мышцы сводило от возбуждения, которое требовало выхода. Ослабив шнуровку на штанах, он запустил туда руку. Воссоздать в воображении нужные образы было легче легкого. Они, казалось, всегда были с Иваром. Стоило лишь закрыть глаза, чтобы очутиться в том теплом летнем дне много лет назад, снова обхватить Ангрбоду за плечи, прижаться к ней всем телом и прикоснуться — в этот раз по-настоящему — к ее груди, найти своими губами ее губы, ощутить на них вкус морской соли, а другую руку запустить в волосы на ее затылке, в ее мокрые светлые волосы, игравшие в солнечных лучах легким оттенком меди… Ивар глухо застонал в подушку, когда наслаждение от фантазий достигло своего пика. А потом еще лежал какое-то время не двигаясь, пытаясь прийти в себя. Наконец он перевернулся на спину одним резким решительным движением и вытер покрытую липкой влагой руку о льняную простыню. Он проводил с Ангрбодой уйму времени вместе, но тот раз так и остался самым-самым — навсегда. * В том же году незадолго до Йоля Уббе сказал как бы невзначай: — Ангрбода стала хорошенькая. Ее теперь есть, за что пощупать. |