Книга Хозяйка Мельцер-хауса, страница 235 – Анне Якобс

Элизабет выглядела очень решительно, возможно, этому способствовала и ее стрижка. Короткие пряди волос, выбивающиеся из-под шляпы, придавали ей решительный вид. В отличие от Китти, которую новая стрижка делала еще более кокетливой, Лиза с прической под мальчика выглядела как-то дерзко.

— Я остаюсь, Тилли. Не переживай за меня и быстро иди к остальным.

Тилли несколько секунд пристально смотрела на нее, а потом сообразила, что к чему. Даже если иногда она и казалась немного отчужденной, ума ей хватало.

— Ты хочешь предупредить господина Винклера?

Лиза ничего не сказала, но нежный румянец, заливший ее лицо, говорил о многом. Конечно же она беспокоилась о Себастьяне Винклере. Они обменивались книгами, пили вместе чай, и это он уговорил ее учиться на педагога…

— Да наверняка он сам давно все знает, Лиза. Ты не можешь ему помочь.

— Ему нужно спрятаться, Тилли. Если его найдут, то посадят в тюрьму. Он же так отличился в этой злосчастной республике советов…

Тилли все поняла.

— И что ты собираешься делать?

— Он должен переодеться в старые вещи, а потом я пройду с ним переулками через Лех. Мы спрячем его на вилле, пока не закончится весь этот кошмар. В лазарете среди остальных пациентов его никто не узнает.

Это звучало авантюрно. Тилли на мгновение замешкалась, но когда Лиза направилась в сторону Якоберштрассе, побежала за ней.

— Я пойду с тобой, Лиза.

— Но ты не можешь мне помочь, Тилли.

— Это нехорошо, когда молодая женщина идет по переулкам совсем одна.

Элизабет так не считала: чтобы навестить Себастьяна, она часто ходила в приют одна. Однако сейчас не было времени спорить об условностях. Она устремилась вперед, и Тилли хотя и шла быстро, все-таки с трудом поспевала за ней.

Город пришел в движение, весть о приближении солдат молниеносно передавалась из уст в уста, повергая людей в ужас. Старик с корзиной, в которой были пасхальные цветы, нарциссы, которые он хотел продать прихожанам, не понимал, что происходит: все пришло в смятение, все неслись мимо него. На Якобинерштрассе торговцы уже заколачивали досками свои витрины, кто-то – боясь ограбления – перетаскивал товар из лавки на склад. Тут и там из окон выглядывали любопытные, высматривающие солдат.

— Зачем им понадобится детский дом? – Тилли задыхалась от быстрого бега. – Он просто должен сидеть тихонько, и с ним ничего не случится…

Однако Элизабет уже стояла у входа в приют «Семи мучениц» и дергала за колокольчик.

— Его имя и его взгляды всем известны, глупышка, – пояснила она Тилли. – Он был на переговорах с делегацией. Они будут искать его здесь.

Тилли очень сомневалась в этом, но молчала, чтобы не расстраивать Лизу.

— Ну откройте же! Это я, фрау фон Хагеманн.

В ответ на нетерпеливый звонок и стук Элизабет на верхнем этаже открылось окно. Показалась голова светловолосого мальчика с большими торчащими ушами.

— Это приют для сирот, – пропищал он. – Мы не имеем никакого отношения к Советам.

Подбоченившись и задрав голову, Элизабет крикнула пацану:

— Томас Бенедиктус! Ты что, не узнаешь меня?

Мальчик вытянул шею, чтобы лучше увидеть стоящих внизу. Он был еще маленьким, и было страшно за него – он мог выпасть из окна.

— Мы не имеем никакого отношения к Советам, – повторил он заученную наизусть фразу.