Книга Незримые тени, страница 87 – Дея Нира

«Возможно, это случится позднее?» – спрашивала она себя. Ведь он уже пришел к ней однажды и еще потом не раз, пусть после этого он и отдалялся от нее, прячась, словно в кокон. Марина оправдывала его поведение особенностью его характера, который знала еще тогда, когда он приходил в библиотеку за книгами.

«Он был честен со мной с самого начала», – убеждала она себя, рассеянно глядя в зеркало в их спальне, где в отражении виднелась постель и спящий Деметрий. Марина садилась рядом с кроватью и долго смотрела на него, словно желая проникнуть в его сознание.

— Я рядом с тобой, и так будет всегда.

Ее шепот достигал его ушей, но он делал вид, что не слышит и пребывает в глубоких объятиях сна.

Он обнимет жену позже и утешит, снова подарив надежду на нечто большее, а потом снова погрузится в себя, чтобы совершать изнуряющее путешествие по своей памяти и воображению.

Деметрий находился на маяке, следя за кораблем, который неспешно двигался к гавани, когда послышались торопливые шаги и в проеме лестницы показалась взволнованная Марина.

— Твоя сестра приехала! – выпалила она. – У них несчастье.

Спускаясь вниз, Деметрий вдруг понял, что на этот раз не почувствовал переживаний Софии. И до него дошло, что с того праздничного вечера он совсем не слышал ее, будто между ними появился невидимый заслон.

Он нахмурился, размышляя, как это могло произойти, ведь их связь была нерушима.

Сестра стояла посреди комнаты в объятиях отца, который что-то говорил ей, утешая. Ее простое домашнее платье испачкалось чем-то темным. Из прически в беспорядке свисали пряди волос, а лицо распухло и покраснело от слез. Она растерянно оглянулась, увидела Деметрия, и он вновь узнал ее, ту Софию, его маленькую сестренку, нуждающуюся в помощи и защите. Он позабыл о своей обиде и шагнул к ней.

Она кинулась к нему, задыхаясь от волнения, ища у него покровительства.

— Ну, ну, – утешал он ее, гладя по волосам. – Что случилось? Неужто с детьми?

Сестра тряхнула головой, чуть заикаясь.

— Нет, не волнуйся, с детьми все в порядке, с Антонием тоже. Они вполне здоровы, но только у нас беда. Ночью случился страшный пожар в конюшнях. Это мог быть поджог.

Деметрий, машинально поглаживая ее по волосам, подумал, что об Антонии он беспокоился в последнюю очередь.

— Муж полагает, – продолжала София, – что это один из уволенных рабочих, который жестоко обращался с лошадьми. Он из мести и устроил пожар. Позавчера Антоний при всех отчитал одного работника, а когда тот начал дерзить, то ударил его. Все это видели. Этот работник никогда мне не нравился, уж слишком у него был нахальный вид.

Она подняла заплаканное лицо, и у Деметрия сжалось сердце.

— Ужасно то, что конюшни сгорели полностью, мы не успели их потушить. Некоторые лошади, бедняжки, погибли. Остальные получили ожоги и раны от падающих балок, и теперь очень мучаются. Конечно, мы занялись их лечением, но я боюсь худшего. Антоний сам на себя не похож, я очень переживаю за него. Он подавлен этим событием. О, слава Богу, дом остался цел. Стоит подумать, что кто-то мог поджечь его, как я… ведь там дети…

Она снова залилась слезами. Деметрий перебирал ее локоны, испачканные пеплом, пока она покоилась в его руках.

— Что теперь будет? – сестра посмотрела на брата с тем самым выражением, которое лишало его сил.