Книга Влад, страница 57 – Дея Нира

— Думаешь, это поможет? – спросила она растерянную горничную, и та, убедившись, что госпожа не сердится, принялась рассказывать, что это прекрасное средство от нечисти.

Елена не была в этом уверена, но не стала мешать. Аника сказала, что еще хороши осиновые и рябиновые кресты, святая вода, хотя ей ни разу не доводилось видеть их в действии. Впрочем, она надеялась, что до этого не дойдет.

Спустя три дня Аника прибежала, едва дыша от волнения. Елена жестом велела, чтобы она говорила потише. Хотя дверь была плотно закрыта, тетя София могла подслушать их разговор, намеренно или случайно. После того как Петру подверг сомнению ее слова, Елена больше ни с кем не делилась пережитым, и многие считали, что в окрестностях завелась дикая стая зверей, на которых власти объявили охоту.

Горничная с тревогой обернулась, проверяя, не слушает ли кто, и перешла на шепот.

— Ах, госпожа, – всхлипнула она. – Нашли ту девушку, про которую вы говорили, но она уж не дышала к тому времени. В таком виде ее обнаружили, что стыдно сказать…

Елена побледнела, качая головой, вспоминая ужасное видение. Они опоздали, как она и боялась.

— А что пристав? Он видел следы от укусов?

— Видел! Но стоит на своем. Говорит, дикие звери, и все тут. Из-за этого у них там даже потасовка случилась. Девушку похоронили, позволили крест положить, в первый же вечер поставили караул на кладбище. Но, видно, караульным подлили что-то в питье, потому что они уснули прямо там. А как проснулись, заметили, что могила иначе выглядит. Кто-то из местных вырыл гроб и отрезал голову той бедняжке и кол в сердце забил. Отмучилась!

— Погоди, а как это выяснили? Может, караульным что показалось?

— Да нет, этот господин Моэску сильно взъелся на наших. Велел снова откопать гроб и удостовериться. Он же видел, как похоронили ту девушку и как земля лежала. А тут глядь – кол в груди, и головы нет. А голову ей в ноги положили. Ох, и разозлился же он. Потребовал, чтобы признались, кто занимается осквернением трупов. Написал в столицу, вызвал подкрепление. Теперь и шагу нельзя будет ступить, чтоб не наткнуться на солдат.

— Может, оно и к лучшему? – предположила Елена. – Теперь в деревне будет безопаснее.

— Хотелось бы, – вздохнула Аника. – Но вы сами сказали, что видели чудовищ, так?

— Мне никто не верит. Не хочу никого убеждать. Это надо увидеть собственными глазами.

— Ой, не приведи Господь! – Аника осенила себя крестным знамением. – Но меня другое удивляет. Простите мои слова, госпожа, но вы остались живы после нападения. Вы единственная. В деревне тоже об этом ходят всякие слухи. Кто-то считает, что вам повезло и что у вас сильный ангел-хранитель. Он вас и уберег.

— Вот как? Петру сказал, что тот крестьянин нашел меня в лесу случайно. У самого края леса, где проходит оживленная дорога. Но я помню, что нападение произошло в другом месте.

— Может, вы в беспамятстве были? Или кто вспугнул тех тварей, а вы нашли в себе силы подняться?

— Не знаю, Аника. Все это очень странно.

— В любом случае вы спаслись, и это куда важнее.

Елена тоже думала об этом. Мысленно она возвращалась в темный дождливый лес, раз за разом проживая случившееся. Пыталась вспомнить хоть что-нибудь, кроме дикой боли, охватившей тело перед тем, как она провалилась в беспамятство. Но все, что удалось выудить из памяти, – бесконечное падение вниз, напоминавшее тот кошмар, когда ей приснилась старая часовня и черная бездна.