Книга Очаровательный повеса, страница 25 – Элизабет Хойт

Виолетта улыбнулась; в глазах ее горели веселые огоньки.

— Ты, кажется, всерьез беспокоишься о мисс Динвуди.

Аса уставился на нее в недоумении – возможно, чуть-чуть нарочито.

— Я беспокоюсь о том, как это все отразится на моем проекте.

— Конечно, разумеется… Парк – самое главное, кто бы спорил…

— Я всю свою сознательную жизнь работал на него, – проворчал Аса.

— Да, ты уже говорил, и не раз, – невозмутимо сказала Виолетта. – Тогда, возможно, тебе следует посмотреть, как себя чувствует мисс Динвуди. Ты же не хочешь опять лишиться кредита ее брата, тем более в такой критический момент.

— Ты права, – буркнул Аса и медленно направился к театру. – Будь проклята эта собака! Теперь будет еще сложнее работать.

Он вспомнил выражение ее голубых глаз, и ему захотелось его стереть, немедленно. Он хотел, чтобы ее взгляд стал опять уверенным, способным сбить с него спесь.

— Не сомневаюсь, – согласилась Виолетта, едва поспевая за ним, таким длинноногим. – Возможно, тебе следует пригласить сегодня на ужин не меня, а ее.

Аса остановился и поморщился.

— Я не забыл, что собирался отвезти тебя сегодня поужинать.

— Ценю. – Она добродушно улыбнулась. – Но, понимаешь, ко мне подкатывает герцог – самый настоящий. Я, разумеется, к тебе прекрасно отношусь, дорогой, но, думаю, он может дать мне больше. Ты должен понять.

Уголки губ Асы дрогнули. Да, у него есть обаяние и остроумие, но у него нет – и никогда не будет – титула и карманов, полных денег. Поэтому да, он все понимал. У него никогда не будет постоянной спутницы. Этот урок был усвоен им давным-давно.

Он наклонился и коснулся губами ее щеки.

— Пусть только этот джентльмен обращается с тобой так, как ты того заслуживаешь, иначе ему придется иметь дело со мной.

В глазах Виолетты мелькнуло сожаление, и она нежно погладила Асу по щеке.

— Ты лучший из всех, кого я когда-либо знала, дорогой: честный, мужественный, добрый. Хотела бы я, чтобы мы с тобой жили в другом мире. – Она замолчала, отступила на шаг и пожала плечами. – Но, боюсь, наш мир останется таким, какой есть. Поэтому иди и позаботься о мисс Динвуди. – Ее красивое лицо осветила грустная улыбка. – Будет жаль, если ты ее потеряешь.

Аса кивнул и зашагал к своему кабинету. Необычная особа эта мисс Динвуди. Может, лучше сделать вид, что он вообще ничего не заметил? Правда, этот ее громила знал, что Аса был в комнате, когда она закричала, но, может, он не сказал ей об этом? И нужно ли поймать эту собаку? Нет, топить ее, конечно, он не станет, но увезти подальше можно, чтобы не нашла обратную дорогу.

Так ничего и не решив, он открыл дверь в свой кабинет. Мисс Динвуди там не было.

Эва лежала на диванчике с компрессом из лавандовой воды на глазах и думала, сможет ли еще когда-нибудь показаться мистеру Харту. Он все видел. Видел, как она постыдно утратила над собой контроль, как в одночасье превратилась в маленькую девочку, рыдающую от испуга при виде собаки.

Ах, если бы только время можно было повернуть назад и пережить это утро еще раз! Она бы ни за что не позволила Жану-Мари уйти, и тогда собака не смогла бы проникнуть в кабинет.

Но ведь проблема вовсе не в этом, ведь так? Эва убрала влажный компресс с глаз и уставилась невидящим взглядом в потолок. Она просто не такая, как другие женщины, которые могут свободно гулять, не опасаясь случайно прикоснуться к мужчине или встретить бродячую собаку. Их никогда не преследовали запахи и странные видения, порой совсем незначительные, но от них она впадала в ступор, а сердце начинало колотиться так, что становилось страшно. Никак не получалось забыть ту ночь, когда ей пришлось спасаться бегством от собак, только ее ожидало куда худшее, чем собаки.