Книга Проклятие Гийома Завоевателя, страница 95 – Виктор Бушмин

Годфруа де Леви и принц Людовик быстро пересчитали своих воинов. Убитыми у них было всего десять рыцарей и четырнадцать оруженосцев, ещё семеро было ранено. Налет в целом был удачным! Они спешно покинули опушку и поехали в сторону главного замка графа де Руси, который заканчивал окружать мессир Мишель де Нанси и его воины. Раненого Лузиньяна, потерявшего сознание, воины уложили на импровизированные носилки, сделанные из нескольких копий и натянутой между ними нескольких слоев холстины. Ему перемотали голову и подложили под нее ворох одежды, чтобы немного приподнять ее. Людовику доложили о потерях, захваченных пленных и трофеях.

— Всё, сеньоры! В путь на главный замок графа Эбла! – Крикнул принц и отряд тронулся в путь. Людовик подозвал к себе де Леви и спросил его, улыбаясь. – Ты, случаем, не перестарался, когда выжидал время для спасения своего будущего шурина?

Годфруа пожал плечами и сказал:

— Хрен его знает, сир! Может, и перестарался… Хотя, мессир Годфруа, вроде бы, толково отбивался от рыцарей, видимо ему двинули от всей души, чтобы не грабил!..

— Но-но, легче с выражениями, я ведь, все-таки, принц Франции и твой господин! – Засмеялся Людовик. – Завтра проведаем нашего «крестника», посмотрим, как он себя чувствует.

— Посмотрим, сир…

Людовик повернулся к де Леви и тихо сказал:

— А знаешь, что умудрились захватить твои молодцы, стоявшие в засаде в тылу селения?

Де Леви пожал плечами.

— Они захватили четырех вьючных коней, шедших под охраной коменданта гарнизона…

Годфруа не понял:

— И всё?!

Принц посмотрел на него и сказал:

— Истину говорят, тебе подол юбки милейшей Луизы де Лузиньян, в особенности то, что под ним, между её прелестных ножек, затмил глаза! На этих конях тащили часть казны, причем, как я понял, большую часть, графа де Руси! Мы одним махом убили нескольких зайцев! Теперь, мне не надо будет ломать голову, где взять денег на уплату рыцарям, если поход против Эбла затянется. А милейшему графу Эблу придется покрутить свою голову и напрячь свои жилы, в которых, как он не перестает талдычить на всех углах, течет много каролингской крови!

Годфруа улыбнулся. Ему нравились такие вот, цветастые, обороты речи принца. Людовик посмотрел по сторонам, словно опасаясь быть услышанным посторонними ушами, и добавил:

— А чем поживился твой родственничек, так рисковавший сегодня?

Годфруа скривил лицо:

— Пару тройку отрезов парчи или шелка византийского, несколько небольших кожаных мешков, скорее всего с серебром или столовой утварью. Один большой мешок, вроде, со специями.

Людовик, любивший вкусно поесть, заинтересовался:

— Со специями?.. И где же он?

— Так мои рыцари свалили их все в кучу и везут в хвосте колонны на телеге с ранеными.

— Чего же ты молчал! Живо туда поехали!!!

Они повернули коней и переместились в хвост колонны.

— Который из них? – Спросил Людовик, показывая на мешки.

— Если не ошибаюсь… этот! – Сказал де Леви, указывая на кожаный мешок, весь покрытый арабской вязью.

Людовик наклонился в седле и кинжалом надрезал завязки мешка. Он просунул в него руку и вытащил несколько пакетиков с перцем, корицей и еще чем-то, источавшим тонкий и приятный аромат.

— Ты знаешь, сколько всё это стоит? – Глянул Людовик на де Леви.

— Нет, сир! – Пожал плечами Годфруа.