Книга На тринадцати ветрах. Книги 1-4, страница 586 – Жюльетта Бенцони

Это было последнее слово, которое услышал Тремэн. Потом на него нахлынуло непреодолимое желание спать, и он упал на стол, головой прямо на разложенные карты.

Как истинный профессионал, мадемуазель Ленорман посмотрела на изменившееся расположение карт, пожала плечами и, выбравшись из кресла, подошла к двери, выходящей в вестибюль.

— Готово, — сказала она. — Вы можете войти!

* * *

Толчок привел Гийома в чувство. Он с огромным трудом открыл глаза и понял, что темнота, в которой он находился, все время перемещается. Звук галопа подтвердил его догадки: его везли в карете, которая мчалась с огромной скоростью по ночной сельской местности. Сказать, что Гийом хорошо себя чувствовал, было бы откровенной ложью. У него пересохли губы, во рту было мерзко, как после хорошей попойки, виски ломило, запястья тоже, потому что их стягивала веревка. И дышать ему приходилось ужасным запахом застоявшегося табачного дыма и характерным «ароматом» грязных тел.

Все еще не придя в себя полностью, он попытался нагнуться вперед, чтобы посмотреть в окно кареты, но двое мужчин, сидевшие по бокам от него — и от которых так дурно пахло, — одним движением, в котором не было ни малейшей учтивости, толкнули его в глубь кареты.

— Сидите спокойно! — рявкнул один из них.

— Но кто вы такие? Что я здесь делаю? Куда вы меня везете?

— Не нужно задавать так много вопросов. Это вредно для здоровья.

— Скажите мне, по крайней мере, куда мы едем.

— Вы довольно скоро об этом узнаете, а когда мы приедем, там будет тот, кто вам ответит.

— Кто?

— Довольно! — прорычал другой бродяга (никем другим эти мужчины быть не могли). — Замолчите, если не хотите, чтобы мы вам заткнули рот кляпом!

Гийом не заставил повторять эту угрозу дважды. Впрочем, ему было неприятно разговаривать, потому что слова болезненно отдавались в его голове. Возможно, молчание поможет ему прийти в себя, чтобы встретиться с тем, что ожидало его в конце этого пути.

Они ехали еще какое-то время, потом один из мужчин нагнулся, чтобы посмотреть в окно. Он даже опустил стекло, чтобы лучше сориентироваться.

— Мы уже близко. Можешь завязать ему глаза.

Но прежде Тремэн успел заметить, что в карете стало темнее, потому что она въехала в коридор густых зарослей. Наверняка это был лес. Чувствительный к запахам и привыкший к ароматам просторов своей родины, Гийом почувствовал запах смолы, смешанный с ароматами каких-то растений. Он с наслаждением вдохнул воздух. Ароматы леса оказались приятной переменой после миазмов, источаемых его спутниками.

Путешествие действительно подходило к концу. Ухабы дороги сменились песчаной почвой. Спустя несколько секунд карета остановилась.

Похитители помогли Гийому выйти из кареты и, поддерживая его под обе руки, повели в дом. Там витали ароматы жареной курицы, неприятно напомнившие Тремэну о том, что он не успел поужинать. Они прошли сначала по плитам вестибюля, потом раздался скрип довольно скользкого паркета. Пленника усадили на скамеечку у стены, и там он ждал какое-то время, показавшееся ему бесконечным. Наконец, скрипнула дверь, и Гийома провели в комнату. Он с удовольствием ощутил под ногами ковер. А потом и кресло под собой.

— Повязка на глазах нужна, согласен, — раздался сухой и немного хриплый голос, — но зачем было его связывать? Он же спал!