Книга Нарисованная любовь, страница 47 – Анна Грекова

Ближе к полудню приехал кузен Георг. Дженни с радостью бросилась к нему, обняла и даже всплакнула, выдвигая, как причину, отсутствие на празднике отца и крестной, по которым очень соскучилась. На самом же деле на неё навалилась невиданная печаль, сердце сжималось в комок, душа болела. Она вновь поймала себя на мысли, что ей всё время хочется смотреть на Эдвина.

К вечеру всё было готово. Дженни отправилась к себе переодеваться к приезду гостей. Она долго стояла у зеркала. Глаза были печальны, ей никак не удавалось сделать их радостными и искрящимися, как подобается на празднике.

Дженни рассердилась. Нужно уметь держать себя в руках. Удается же это с Артуром, стоит только вспомнить его клятву любить всех не по-настоящему. И Эдвин только дразнит её, у него есть Анетта, на которой он бы не женился, если б не любил.

Дженни размышляла очень долго, пока не услышала радостные возгласы во дворе. Приехали Роберт с Элизой и Керри, с ними Артур. Наверное, он вновь гостил у них, и его не могли не взять с собой.

Стоя у окна, Дженни смотрела, как здороваются и перебрасываются словами Эдвин и Артур — двое мужчин из ее жизни. Один недоступный, недосягаемый, сколько не старайся — будет только боль в груди и убитые желания. Другой — близко, совсем рядом, нужно только перешагнуть маленький барьерчик, который вырос до огромных размеров в душе Дженни и мешает подступиться к Артуру с чистым сердцем. А нечистота в любви ей не нужна.

Дженни вернулась к зеркалу, холодно и расчетливо осмотрела себя. Глаза теперь были темными, словно только что захлопнулась дверка к свету, который лился изнутри. Она так и вышла из комнаты прямо, величественно, но вскоре легко бежала к Элизе, раскинув руки, настолько рада была видеть её. Расцеловалась с Керри, обняла Роберта, пожала руку Артуру. Он не спускал с неё глаз, на лице была написана еле скрываемая радость.

— Мне нужно поговорить с вами, — шепнул он Дженни.

Дженни лишь обозначила улыбку и кивнула словно невпопад, потому что…Потому что поймала взгляд Эдвина. И хотя он быстро отвернулся к новым прибывшим, она успела заметить…

Да ничего она не заметила! Он вновь поставил барьер, стену, когда не понятно, о чём думает. Зачем Эдвин это делает? Не нужна ей эта непроницаемость. Ей хотелось, чтобы он изливал печаль, что она возле другого. Или радость, что у Дженни кто-то появился, ведь ему — Эдвину — она не достанется в любом случае.

Дженни не совсем вежливо отвернулась от Артура к Роберту и Элизе. Рядом с ними стоял Георг и с удивлением смотрел на Элизу.

— Я помню вас со свадьбы Анетты, — говорил он. — Сейчас вы повзрослели и стали такой красавицей, что я не знаю, как с вами разговаривать. Роберт, это ничего, что я говорю такие слова твоей сестре?

— Я думаю, любой девушке нравятся комплементы.

— А это не комплемент. Я очарован! Буду просить вас танцевать сегодня со мной. Даже дерзну добавить — только со мной. Согласны?

Элиза кивнула и, не смущаясь, открыто смотрела на Георга.

Дженни и Роберт переглянулись. Дженни слегка нахмурила брови: не мешай! Роберт еле заметно склонил голову: слушаюсь!

Первая бурная радость от встречи с друзьями улеглась. Праздник протекал весело, легко. Элиза была необычайно хорошенькой. Георг не отходил от неё, и уже краска смущения слегка проступала на её щеках от слов, которые он негромко говорил ей.