Книга Нарисованная любовь, страница 50 – Анна Грекова

— Любовь, — просто ответила она.

— А ты? — Роберт выглядел удивленным.

— Я давно не в счёт. Слава Богу, у меня хватило ума это понять.

— Ты так спокойно говоришь об этом? Тогда, выходит, и я не в счёт?

— Тебе-то это зачем? Ты бы все равно не женился на Дженни. Это ведь не по правилам, — едко добавила она.

— А на Артура эти правила не распространяются?

— Роберт, не старайся казаться глупее, чем ты есть, — дернула плечом Элиза. — Ты всё прекрасно понимаешь. А если нет — смотри. — Она кивнула в сторону Дженни и Артура.

Дженни не спускала с Артура улыбающихся глаз.

— Где вы пропадали? — спросил он.

— Гуляла.

— И что же произошло во время гуляния, раз вы сменили гнев на милость?

— Я поняла, как прекрасен наш мир!

— Я это понял сразу, как встретил вас. Теперь убедился ещё раз. Только вы не позволяли говорить об этом.

— А зачем вы ждали позволения?

— Боялся обжечься… — Он чуть не добавил «еще раз».

— Не бойтесь! — сказала Дженни. — Теперь все должно быть по-другому. Я рада, что у меня есть вы.

— Тогда я осмелюсь совсем. С кем мне поговорить в отсутствии вашего отца?

— Наверное, с Эдвином. — Дженни сказала это, и сердце заколотилось. Но она стойко добавила: — Так получилось, что сейчас он глава семьи.

* * *

— Дженни, ко мне подходил Артур. Зачем ты это делаешь?

— Что ты сказал ему?

— То, что и должен был: нужно дождаться твоего отца, потому что это очень серьезное дело. — Эдвин помолчал, потом тихо спросил: — Ты согласишься?

— Жду — не дождусь!

— Не делай этого.

— А что мне делать? У меня есть выбор?

— Ты любишь его?

— Да! — с вызовом ответила Дженни. — Но еще больше я люблю тебя. Я с ума схожу от любви к тебе, а его я люблю спокойно. Что мне дает любовь к тебе? Я всегда буду гореть, совершать безумные поступки, а видеть лишь отчуждение на твоём лице. Вот оно и сейчас у тебя такое.

— А как по-другому?

— Никак. Видишь, у нас одни вопросы. Это — судьба, не поборешься. Ты должен меня отпустить. Скажи завтра Артуру, что мы все обсудили, и ты согласен.

— Нет, — тихо сказал Эдвин.

— Я тебя прошу.

— Из моих рук он тебя не получит.

— Это просто высокие слова. А жизни не до высоких свершений, её надо выдержать. Отпусти.

Дженни подошла совсем близко.

— Хочешь, я стану на колени?

Лицо у Эдвина задрожало.

— Прекрати играть! Это очень жестоко. Уходи!

— Я напишу папе, чтобы он приезжал немедленно! — прокричала Дженни в лицо Эдвину.

— Что за шум? — в комнату вошла Анетта.

Дженни вспыхнула и мимо неё выбежала прочь.

Эдвин постарался говорить спокойно.

— Ко мне подходил Артур Брегг, просил руки Дженни. Разве у меня есть право решать такое? А Дженни не терпится.

— Мне не нравится это, — подумав, сказала Анетта. — Помнишь, ходили слухи…Да и Дженни так хочется любить, не спутала бы она настоящее чувство с желанием. Как ты думаешь? Твой отец и ты всегда знали её мысли. Может это быть любовью?

— Я ничего не могу сказать. Она повзрослела, у неё появились секреты.

— Пойду, поговорю с ней. Нельзя, чтобы она замкнулась.

Анетта вышла, а Эдвин долго стоял с закрытыми глазами, сжимая кулаки.

Анетта вошла в комнату Дженни, подсела к ней, обняла.

— Ну, что случилось? Зачем вся эта суматоха?

— Я хочу выйти замуж.

— А можно уточнить: ты хочешь замуж или чтоб Артур всегда был рядом?

— Я хочу замуж за Артура, если нужно объяснять подробнее. Не понимаю, почему вы пытаетесь отговорить меня? Тебя же никто не отговаривал, когда ты влюбилась, — со злостью проговорила Дженни.