Книга Путь серебра, страница 197 – Елизавета Дворецкая

— Что ты загрустила? – Свен приобнял ее и заглянул в лицо. – Нужно радоваться. Все идет по-нашему.

Он поцеловал ее, и Вито отпустила прикушенную губу, постаралась взять себя в руки и даже улыбнуться. Она не будет достойна своего мужа, если не обрадуется случаю для него увеличить свою славу. Она знала это, но в душе распахивалась пропасть при мысли, что Свен опять, едва вернувшись, уходит навстречу хазарским клинкам. И не может остаться – его ведет родовой долг, честь воина, жадное до испытаний и побед сердце.

«Те, кто хочет идти, – идите»… – звучало у нее в мыслях. В эту ночь боги слышат каждое слово, и Олав, сам того не зная, открыл дорогу к новым подвигам для тех, у кого в том была нужда.

«И возвращайтесь!» – твердила Вито, глядя на огонь очага, на голову и шкуру жертвенного кабана, на серебряный рог. Будто багряно-золотое деревце бессмертия, всю силу юной души, пробужденную любовью, вкладывала она в эту мольбу в тот час, когда преграда тонка и боги слышат каждое движение человеческого сердца.

Выражение «историю пишут победители» справедливо только для нашего времени. Если говорить о той эпохе, которой я занимаюсь, то там историю писали те, кто в принципе умел писать. Благодаря этому они и победителей могли назначать по своему усмотрению. Возможно, этот принцип применим и к тому событию, о котором идет речь: оно – часть нашей истории, но мы о нем знаем только по пересказу из третьих рук, поскольку сами наши предки в то время еще не были грамотны.

Описанный в романе поход руси на Каспий, состоявшийся в промежутке между 909 и 914 годом и занявший около двух лет, – реальное историческое событие, известное из аутентичного источника. У него есть два интересных мне плана: исторический и литературный. Исторический оставляет массу вопросов, а литературный поневоле должен на них отвечать. Предлагаю рассмотреть, кому интересно, как другие писатели пытались выходить из сложных ситуаций этого исторического сюжета.

В русских источниках этот поход не упомянут, и нам известно о нем из сочинения Абуль-Хасана Али ибн-Хуссейна, известного под прозванием Аль-Масуди. Аль-Масуди родился в Багдаде в середине 890-х годов, а в 915 году отправился странствовать по свету и побывал, среди прочего, в Иране и на побережье Каспийского моря. Таким образом, он сам не был очевидцем русского набега, но мог расспросить очевидцев через какое-то относительно небольшое время, когда люди, пережившие это событие, еще были в здравом уме и твердой памяти. Но он не был собственно в Хазарии, поэтому о событиях после ухода русов с Каспия на Волгу мог знать, как принято говорить, от информаторов, причем, вероятно, не из первых рук. Скорее всего, это были хазарские купцы.

Приведем выдержку из сочинения Аль-Масуди, тот самый источник, на котором основываются писатели. Он довольно длинный, его легко найти в Сети целиком, а мы здесь, для удобства читателя, сделаем некоторые незначительные сокращения.

«После 300 года гиджры (912–913 годы) случилось, что около 500 кораблей, из коих на каждом было сто человек (из русов), вошли в рукав Найтаса^[41], соединяющийся с Хазарскою рекою… После того как русские суда прибыли к хазарским людям, поставленным при устье рукава, они (русы) послали к хазарскому царю просить о том, чтоб они могли перейти в его страну, войти в его реку и вступить в Хазарское море – которое есть также море Джурджана, Табаристана и других персидских стран, как мы уже упомянули, – под условием, что они дадут ему половину из всего, что награбят у народов, живущих по этому морю. Он же (царь) согласился на это… И русские суда распространились по этому морю, толпы их бросились на Джиль, Дайлем, на города Табаристана, на Абаскун, который находится на Джурджанском берегу, на Нефтяную страну и по направлению к Адарбайджану, ибо от области Ардабиля в стране Адарбайджан до этого моря расстояние около трех дней пути. И русы проливали кровь, брали в плен женщин и детей, грабили имущество, распускали всадников (для нападений) и жгли. Народы, обитавшие около этого моря, с ужасом возопили, ибо им не случалось с древнейшего времени, чтоб враг ударил на них здесь, а прибывали сюда только суда купцов и рыболовов… Царем Ширвана был тогда Али ибн аль-Гайтам. И жители вооружились, сели на корабли и купеческие суда и отправились к этим островам; но русы устремились на них, и тысячи мусульман были умерщвлены и потоплены. Многие месяцы русы оставались на этом море в таком положении… После того как они награбили и им надоела эта жизнь, отправились они к устью Хазарской реки и истечению ее, послали к царю хазарскому и понесли ему деньги и добычу по их уговору. Ларсия же и другие мусульмане из страны Хазар узнали об этом деле и сказали хазарскому царю: “Позволь нам (отомстить), ибо этот народ нападал на страну наших братьев-мусульман, проливал их кровь и пленил их жен и детей”. Не могши им препятствовать, царь послал к русам и известил их, что мусульмане намереваются воевать с ними. Мусульмане же собрались и вышли искать их при входе в Итиль по воде. Когда же увидели они друг друга, русы вышли из своих судов. Мусульман было около 15 000 с конями и вооружением, с ними были также многие из христиан, живших в Итиле. Три дня продолжалось между ними сражение; Бог помог мусульманам против русов, и меч истребил их, кто был убит, а кто утоплен. Около же 5000 из них спаслись и отправились на судах в страну, примыкающую к стране Буртас, где они оставили свои суда и встали на суше; но из них кто был убит жителями Буртаса, а кто попался к мусульманам в стране Бургар, и те убили их. Сосчитанных мертвецов из убитых мусульманами на берегу Хазарской реки было около 30 000. С того года русы не возобновили более того, что мы описали»^[42].