Книга Оружие Вёльвы, страница 75 – Елизавета Дворецкая

Потом эти звуки стихли. Через какое-то время Хравнхильд стянула передник с головы и подошла к двери.

— Он ушел, – вполголоса сказала она, затворяя дверь. – С ним и правда мальчишка из Зеленых Камней, Халлев сынок. Зачем Кальв сюда его послал?

— Он же сказал, – у Снефрид слегка дрожал голос. – Он ищет своего Хаки. Но как он нас не увидел?

— Это простые чары – морок, отвод глаз. Он увидел вместо нас или два котла, или двух собак, или вовсе ничего. Но если он повадится сюда ходить… – Хравнхильд поджала губы и обхватила себя за локти, – мне придется от него прятаться и дальше.

— Но почему? Если Хаки никто не видел, кроме тебя… А Кари вовсе не услышит, о чем его спрашивают.

— Мне нельзя с ним видеться. Хаки взял с меня слово, что я расскажу всю правду, если кто-то будет искать его… или ларец. Я не могла отказаться, – с досадой пояснила Хравнхильд, видя недовольство на лице племянницы. – Он наложил на меня заклятье, умирая, я не успела ничего сделать. Если я нарушу слово, он станет таскаться сюда… хотя я положила на него сверху три камня, самых больших, какие сумела поднять! А из него едва ли выйдет такой хороший любовник, чтобы мне хотелось принимать его каждую ночь! Слишком уж он будет холоден и тяжел! Бревно бревном!

Снефрид не смогла не улыбнуться – она надеялась, что насчет любовника тетка все же шутит.

— Фридо, ты сама видишь, к чему ведет твое упрямство! – Хравнхильд подошла к ней и взяла за руку. – Зачем тебе этот проклятый ларец! Отдай его мне!

— Не могу. Теперь не могу. Вегард тоже взял с меня клятву – что я не отдам ларец никому, кроме него, пока ключ и замок не встретятся. А этого, видно, никогда не будет, потому что ключ у их третьего брата, который сгинул где-то за южными морями три года назад.

— Ну так отдай ему! Если я расскажу, где эти троллевы деньги… Пусть сам достает их и отдает тебе твою сотню. И проваливает отсюда ко всем троллям. Нам же станет легче: ты заплатишь долг, а если их тяжба не сложится, то разбогатеешь на сотню серебра! Я тогда даже поверю, что твой непутевый муж иногда выигрывал! А эти троллевы викинги уберутся из нашей округи, и мы больше никогда их не увидим!

Снефрид вздохнула и снова села.

— Ты не говорила бы так, если бы знала… Сдается, Хаки рассказал тебе меньше, чем Вегард рассказал мне.

— Ты говоришь о том, что они собираются оживить своих подельников? – хмыкнула Хравнхильд. – Да, шестьдесят оживших мертвецов никому не пожелаешь увидеть. Но я думаю, все это бредни и ничего такого у них не выйдет. Фрейру не дано власти поднимать мертвых. Я ему так и сказала, но этот старый турс мне не поверил. Хаки, а не Фрейр.

— Так ты не знаешь, кто их этому научил? – Снефрид выразительно взглянула на тетку.

Невольно она испытывала торжество: впервые в жизни она владела более важным священным знанием, чем знаменитая ворожея, вирд-кона и даже «медвежья жена».

— Кто? Урд из Источника? Сама Хель?

— Почти. Это была та старуха, что держит нить Бьёрна конунга.

— Что? – Хравнхильд, тоже было севшая, вскочила и уставилась на племянницу широко открытыми глазами.

— Она явилась им во сне, сразу всем троим. Сказала, что она – спе-диса Бьёрна конунга. И научила их заклинанию, чтобы в обмен на ларец Эгир отпустил их погибших побратимов. Понимаешь, зачем ей это? Она хочет натравить этих мертвецов, очень злых и жаждущих мести, на того человека… твоего… сына Алов.