Книга Янтарный след, страница 124 – Елизавета Дворецкая

— А я староват для такой жены, – улыбнулся Кетиль. – Никто не поверит, что ты согласилась за меня выйти, я тебе в отцы гожусь.

— Вот я неженат! – с торжеством сказал Хлёдвир. – И по возрасту мы с тобой отлично друг другу подходим! Ну, соглашайся же! Мы будем прекрасной парой! Все будут нами любоваться!

— Этого мы как раз и не хотим! – в испуге напомнила Снефрид.

— Но если ты будешь считаться женой, скажем, Кетиля, то всякий прохвост захочет увести такую красавицу у старика! А глядя на нас, каждый только порадуется!

Сколько Снефрид могла разглядеть в полутьме шатра, светло-карие глаза Хлёдвира выражали искреннюю мольбу. От вражды он решил перейти к обольщению? Или случай с «родами» усмирил в нем дух вредности и он решил, что враждовать со Снефрид, явно или тайно, слишком дорого обходится?

— Раньше мы немного не ладили… – вкрадчиво начал он, угадав ее мысли.

«Это ты не ладил со мной», – мысленно поправила его Снефрид.

— Но теперь я хочу оказать тебе услугу, чтобы прошлое было забыто. Мы ведь все хотим добраться до Гардов, не ввязываясь больше ни в какие приключения, и мы должны объединить усилия, ведь правда?

Глядя ему в глаза, Снефрид в душе подивилась его бесстыдству. Дважды он потерпел поражение в схватке с нею: если о поцелуе на Гусином острове и его последствиях никто не знал, то «рождение Слейпнира» произошло на глазах у дружин всех трех кораблей. И вот, не минуло и десяти дней – Хлёдвир горд и весел, как будто ничего такого не было!

— Вы тоже думаете, что так будет лучше? – Снефрид взглянула на Асварда и Кетиля.

— Это будет больше похоже на правду, – подтвердил Асвард. – Тут Хлёдвира многие знают, и люди подумают, что он нашел себе новую жену…

— Еще лучше прежней, – тихо добавил Кетиль.

Снефрид вспомнила, что Кетиль рассказал ей по дороге к священной роще: от Хлёдвира не так давно сбежала жена. Появившись здесь с другой молодой женщиной, красивой и статной, он восстановит свою честь в глазах людей. «Но что он будет делать, когда обратно ему придется ехать уже опять без жены?» – подумала Снефрид. Однако смолчала: раз Хлёдвир сам навязался ей «в мужья», пусть сам и думает обо всех последствиях. Но, как видно, ближайший выигрыш заслонил от его глаз более отдаленное неудобство.

— Ну, соглашайся же, – чтобы дотянуться до Снефрид, Хлёдвир улегся на шкуры и вытянул руку в ее сторону.

Свидетели ухмылялись: было очень похоже на подлинное сватовство, где пылкий жених настаивает, а невеста из скромности медлит. Мало какая невеста надолго задумалась бы, обращай к ней пылкие речи такой ловкач, как Хлёдвир, приятный собою и к тому же человек богатый; однако то, что Снефрид о нем узнала за эти немногие дни, не располагало к доверию.

— Поклянись… что не будешь пользоваться этим случаем, чтобы мне досадить.

— Я уже поклялся! – обиженно ответил Хлёдвир и снова принял сидячее положение. – Мы оба с тобой поклялись в священной роще, на голове жертвенного барана, что не будем причинять друг другу вреда.

— Я никогда и не причиняла тебе вреда!

— А как же те чары? Когда я… – Хлёдвир запнулся, – на глазах у всей дружины…

— Я и не думала наводить на тебя чары, я даже не знала, что пояс у тебя!

— Прекратите! – Асвард замахал руками между ними. – Не заводите эту песню снова, иначе мы никогда с места не сдвинемся. Снефрид, давай порешим на этом. Хлёдвир дал клятву мира и постарается сдержать свой… проказливый нрав. Так и для него же будет лучше.