Книга Пароход современности. Антология сатирической фантастики, страница 26 – Олег Дивов, Сергей Волков, Алексей Гравицкий, и др.

Видимо, зная о подвешенном Шушином состоянии, ему подал сигнал замдекана: парень, я бы не отказался курировать твой дальнейший профессиональный рост, если ты согласишься на особые отношения. И тут Шуша сделал глупость. Он непростительно долго думал, готов ли русский интеллигент переквалифицироваться в тайваньского гомосексуалиста. Замдекана не привык, что его игнорируют, обиделся и беспардонно наврал профессорше, сволочь косоглазая, что не только сделал Шуше предложение, но и разок ему вдул, а тому понравилось. Профессорша, на словах вся из себя толерантная, оказалась еще и ревнивой. С криком: «Я же тебя из грязи вытащила, русская свинья!» отхлестала Шушу по морде и нашла ассистента помоложе.

Жизнь накрылась одним интересным местом буквально в мгновение ока. Шуша вел себя довольно безалаберно и не успел накопить денег на новую релокацию. Морально он оказался выбит из седла примерно как в дни аннексии Крыма, когда Шушу в первый раз предала Родина. А материально – вообще как никогда. В Питере ему хотя бы мама давала денег. Нет, ее можно и сейчас попросить, сказав что-нибудь типа «прости, но я ведь твой родной сын». И мама купит родному сыну билет в Мордор, который ему и так вручат за счет гостеприимного Тайваня.

Китайцы, сволочи, могли бы хоть слегка подправить миграционное законодательство. Надо же что-то менять. Оккупация ведь.

Но это русские творят кровавый беспредел на захваченных территориях, а китайцы, со свойственным им коварством, оккупировали Тайвань так, что не изменилось практически ничего. Только возникли правительственные агентства, куда пересели опытные люди из местных министерств. Вон как непотопляемый мистер Ливингстон, к которому Шуша сейчас шел на поклон.

Шуша плелся по гостеприимному Тайбею, будь он три раза проклят, думая, что был бы ты не размазня, а креативный парень, замутил бы протестную акцию. Выступил против тоталитаризма нетривиально, ярко и свежо. Хапнул на хайпе свои пятнадцать минут славы – глядишь, кто и заметит. И поможет.

Но зачем обманывать себя, Шуша трусоват и застенчив. Таких, как он, с Тайваня высылают пачками. И пускай те орут, что едут в Мордор на погибель – бюрократам плевать. Ну и наши страдальцы, чего греха таить, успевают снова из Мордора бежать кто в Армению, кто в Грузию, потому что Мордору неинтересна мелюзга, он показательно гнобит только людей с именами, раздавая им заочные приговоры.

Шуша дорого бы дал за заочный приговор. Тогда бы фиг его выслали. Или хотя бы переправили в относительно свободную страну. Но такое уважение и от Мордора, и от Тайваня надо заслужить. Надо его накреативить.

А Шуша, увы, не креативный.

И если он сегодня достаточно унизится, чтобы выпросить у мистера Ливингстона пригласительный билет на презентацию «Чайна-Т», то это у Шуши будет, образно говоря, прощальная гастроль.

Последнее танго в Тайбее.

В вестибюле агентства с труднопроизносимым названием, которое русские, да и местные тоже, сократили до «отдел культуры», Шуша нарочно проторчал верных полчаса, чтобы обсохнуть. Как раз успели сообщить о посетителе – не бегом же носиться из-за русского, – а мистер Ливингстон милостиво согласился его принять.

— Чи боу ле ма?

— Не выпендривайтесь, Шульман. Садитесь.

Мистер Ливингстон был стар и крут, как окаменевшее яйцо мамонта. Он занимался тут культурными проектами невероятно давно, приблизительно от сотворения мира. По логике Шуши, китайцы должны были выслать этого экспата, а то и посадить: ведь стопроцентный британский шпион. Но у китайцев своя логика, русскому не понять.