Книга Пароход современности. Антология сатирической фантастики, страница 27 – Олег Дивов, Сергей Волков, Алексей Гравицкий, и др.

— Ну? – спросил мистер Ливингстон.

— Хочу написать о презентации «Черного квадрата», – бодро начал Шуша.

— Так пишите, что мешает, – вяло отозвался мистер Ливингстон.

— Для этого надо бы на нее попасть.

— Зачем? Вы сколько всего накропали о картинах, которых в глаза не видели.

— Тут дело не в картине, дело в событии.

— В том-то и проблема, – буркнул мистер Ливингстон.

— Простите?..

— Освещать такие события, Шульман, это особый вид журналистики. Не говорите, что вам заказали статью.

Шуша вздохнул и помотал головой.

— Так я и думал. Вы просто хотите пролезть на презентацию и нажраться там этих ваших модных электронных наркотиков. Гульнуть на прощание. Последнее танго в Тайбее, да, Шульман?

У Шуши по спине потекла холодная струйка.

— Думали, не знаю? – Мистер Ливингстон глядел на него без малейшего сочувствия, равнодушно, как на бревно.

Шуша опустил глаза.

Чтоб ты сдох, фашист британский, осколок империи, думал он. Правильно вас Америка на кукан натягивает. Вот за это самое.

— Странно, как вы не догадались, – сказал мистер Ливингстон, – почему никто из ваших приятелей не спросил, нужен ли вам пригласительный билет.

— Они уверены, у меня и так есть, – с трудом выдавил Шуша.

— Не смешите. От кого? Не от кафедры же вашей, кому она нужна. Пригласили только самых проверенных блогеров и самых лояльных инфлюэнсеров. «Чайна-Т» подходит к делу очень серьезно… Нет, Шульман, вас не позвали, уж простите старику такую откровенность, потому что вы отработанный материал. Но, разумеется, кто-то не отказал себе в удовольствии спросить, придете ли. Чтобы посмотреть на вашу реакцию. И порадоваться.

— Никто не любит неудачников, – пробормотал Шуша.

— Вовсе нет. Сейчас мода на неудачников. Но это особая профессия, нельзя просто взять и стать неудачником, им надо сразу быть, а вы-то пытались вести себя, как мужчина. Пусть сомнительного качества, а все-таки мужского пола. Когда мужчина начинает падать… Никому не интересно, как именно он разобьется. Но некоторым доставляет удовольствие легонько подтолкнуть.

Шуша молча разглядывал свои тощие коленки. Вдруг он зачем-то представил, что их обнимает замдекана, и к горлу подступил комок.

— А вот допустим… – протянул мистер Ливингстон. – Вам не заказали статью, а вы просто взяли и написали. Выложили к себе в блог и собираете лайки. Что бы вы могли написать? От себя, от всей души?

— Ну… – Шуша помялся. – А почему вы спрашиваете?

— Хотите знать, почему я спрашиваю? Вы серьезно, Шульман?

— Нет-нет. Извините, мистер Ливингстон.

Чтобы потянуть время, Шуша огляделся в притворной задумчивости. Стены украшало множество фотографий: хозяин кабинета со знаменитостями. И вон усатый дядька с медалью «Золотая Звезда» на пиджаке. Когда мистер Ливингстон служил до оккупации в министерстве культуры, эта фотка нахально висела у него на самом видном месте. Шуша, не будь дурак, написал куда положено: ответственный работник симпатизирует диктаторским режимам. А то вдруг местные не знают, кому и где давали такие звездочки. Шушу вызвали в госбезопасность и вежливо объяснили: фото сделано у нас на острове в 1994 году, это Таир Салахов, азербайджанец, почетный народный художник всего на свете, включая СССР, Россию и кучу мировых академий. Имел звание Героя Социалистического Труда, почему бы и нет. Но вы продолжайте наблюдение и сигнализируйте.