Книга Пароход современности. Антология сатирической фантастики, страница 65 – Олег Дивов, Сергей Волков, Алексей Гравицкий, и др.

В зеркало заднего вида Голубчик видел, как постепенно затухал свет, изливающийся изнутри Кольца, превратившись сначала в еле приметный туман, а затем и в почти незаметный отблеск на низко висящих тучах, и сердце сжалось в нехорошем предчувствии. И лишь прикрепленный к торпеде «Ананас» попискивал, прочерчивая джипиэс-путь к черной кляксе на электронной карте Альфабетагаммы, по которому двигался «Лексус».

Голубчик протянул руку к «Ананасу» и погладил его по инновационным изгибам, в который раз поражаясь заокеанской гениальности людей, создающих подобные вещицы, и не просто создающих, а каждый месяц выкатывая на рынок новую модель, чья презентация возбуждает неодолимое желание обзавестись ею, а не ходить как лох с устаревшей на месяц, а то и квартал.

Литнегр, личный секретарь и игрушка сенсея Плохиша Голубчик не мог себе позволить подобные траты, так как по соглашению со скуповатым сенсеем сам обеспечивал себя кожаным бельем и прочими причиндалами, дабы их креативные акты проходили в наиболее продуктивной обстановке, а остатков жалованья едва хватало снимать комнатушку без мебели в двухчасовой доступности к станции метро, за что нещадно и драли непомерную квартплату.

Голубчик ощутил к себе острый приступ жалости, на миг зажмурился и всхлипнул. Слезы потекли по щекам.

— Ничего, ничего, – пробормотал он, стараясь изо всех сил сдержать рыдания. – Мы им еще покажем, покажем…

На обочине разбитой дороги, лишь по недоразумению именовавшейся автострадой, стояла фигурка, подняв руку. Голубчик оскалился, слегка вильнул машину, чтобы колесо прошло по луже, и миновал голосующего, лишь мельком разглядев его мешковатую одежду и тощий рюкзак на спине. Типичный побирушка, такие сотнями покидали Кольцо, так и не устроившись даже на самых нижних ступенях, ведущих к высотам креаклизма и меритократии, попрошайничая, а то и промышляя грабежами.

«Ананас» сдавленно пискнул, экран мигнул и погас. Голубчик инстинктивно нажал на тормоз, остановив «Лексус» на обочине. Попытки привести «Ананас» в чувство ни к чему не привели, и Голубчик, в очередной раз пытаясь перезагрузить это чудо заграничной техники, вспомнил набившую оскомину шутку сенсея:

— Забыл, эта, как звать – то ли они нас, то ли мы их… А! Вспомнил! Ана-нас!

Вот что значит устаревшая модель! Всего лишь месяц, и ни к черту не годится… Пожадничали снабдить, экипировать самым лучшим. Будто это так просто – поехать в какие-то едрени, найти какого-то МТА и огреть его ледорубом!

Поглощенный мыслями и попытками реанимировать связь с цивилизованным культурным миром, Голубчик не сразу услышал стук в окошко «Лексуса». Он поднял взгляд и вздрогнул – к стеклу прижималось лицо, чумазое настолько, что и черт не разобрать, и только нос расплющился как пятачок. Существо напоминало то ли поросенка, то ли чертенка. А быть может и того, и другого одновременно.

Голубчик замахнулся на чудище «Ананасом», мордочка исчезла.

— Вот что «Ананас» животворящий делает. – Голубчик приложился устами к прохладной поверхности приборчика, но тут дверь с другой стороны распахнулась, внутрь пахнуло промозглостью глубокой осени, погрязшей в бескультурье периферией, дымом костра и кислой вонью не знающего шампуней, гелей, скрабов и массажа тела.

Голубчик остолбенел от подобной наглости и столь лихого вторжения чумазого существа в личное пространство.