Онлайн книга «Нина Риччи»
|
В 1986 году в целях экономии руководство попыталось ввести гибкий график работы. Естественно, совет предприятия немедленно отклонил это предложение, согласно которому сотрудники в низкий сезон должны были работать меньше, а в высокий задерживаться или выходить на работу в выходные. Памятуя об угрозе забастовки и других жестких мерах профкома, руководство дома не стало настаивать на своем, и проект отложили. Несмотря на это, позже пришлось обратить внимание производственного совета и профсоюза на тревожную ситуацию в сфере готовой одежды из-за безумного спада в отрасли. Сколько ни бастуй, но изменить ситуацию на рынке это никак не могло. Кризис 1980-х в экономической сфере привел к безработице и падению доходов, а индустрия моды чувствовала спад очень сильно. Одновременно с повышением требований работников, которые более не воспринимали концепцию семейного дома как необходимость сохранять молчание относительно своих прав, резко уменьшилась прибыль, и удовлетворять их запросы становилось практически невозможно или приходилось значительно сокращать другие расходы. В начале 1987 года Робер Риччи и Владимир де Кузьмин приняли решение изменить способ изготовления моделей прет-а-порте. Они нашли компанию, заинтересованную в сотрудничестве с домом моды. Этой компании делегировалось производство изделий. У дома Нины Риччи оставались функции создания новых моделей. Если говорить о творческой составляющей, то она по-прежнему была прерогативой дома: стиль и моду диктовали кутюрье и дизайнеры. Но самая затратная часть – производство – переходила в руки другой фирмы. Еще до Второй мировой войны, когда Шанель решила начать производство своих духов, именно этот момент, связанный с производством, подтолкнул ее к решению передать права на выпуск парфюма братьям Вертхаймер (о чем потом она сильно жалела, так как получала маленький процент от продаж – основную прибыль получали Вертхаймеры, но они же несли и основные расходы). Риччи продержался гораздо дольше, однако 80-е заставили и его реструктуризировать процесс изготовления изделий. Парфюмерия и одежда от-кутюр оставались его прерогативой, но массовое производство готовой одежды резко сокращалось. Такое решение, конечно, привело к увольнению некоторых сотрудников, которые работали в мастерских и офисах на улице Капуцинок. Эта реструктуризация затронула около шестидесяти человек. Конечно, профком не остался в стороне, но после его переговоров с руководством результат оказался куда как скромнее, чем рассчитывали: двадцать пять человек перевели на другое место работы внутри дома Нины Риччи, некоторых сотрудников отправили на досрочную пенсию, а двадцать три человека все-таки уволили по сокращению штата – в их числе по иронии судьбы были два представителя профсоюзного комитета. Профком попытался продолжить борьбу и разослал жалобы инспектору по труду, в департамент по труду и в министерство занятости. Жалобы рассмотрели, но признали действия дома Нины Риччи законными. В июле на кольцевой развязке Елисейских Полей сотрудницы дома организовали большую демонстрацию, призванную привлечь внимание к увольнениям. Три работницы мастерских надели свадебные платья – изделия, которые всегда были визитной карточкой дома «Нина Риччи». Прохожие, конечно, выражали женщинам свою поддержку и подписывали петицию, которую через несколько часов демонстранты передали в Профсоюзную палату высокой моды (в ней же находился отдел прет-а-порте). Пресса тоже не осталась в стороне и активно писала о плачевных условиях, в которых приходилось работать сотрудникам домов моды, и об опасности исчезновения французской высокой моды, всегда приносившей стране прибыль, не говоря уже о престиже. Но справиться с фашистской оккупацией отчасти оказалось легче, чем с экономическим кризисом: французская мода постепенно теряла свои лидирующие позиции в мире. От знаменитых домов оставались только названия – собственность переходила в руки компаний, большинство из которых не являлись французскими. Крупные фирмы часто покупали несколько знаменитых брендов и продолжали выпускать их продукцию. Покупатель и не догадывался, что платит лишь за слова на коробочке с духами или на ярлыке платья… |