Онлайн книга «Коррида с предателем»
|
Анатолий сидел в чужом доме все эти дни, невольно слушая разговоры хозяйки и ее сестры. Они говорили то по-русски, то по-польски, не подозревая, что Анатолий понимает. Он расположился у окна с книжкой на коленях и апатично смотрел то на яблоню за окном, то на капли застывшей смолы на грубой доске подоконника. Женщины обсуждали восстание Армии Крайовой в Варшаве. Война бурлила кругом, и так хотелось выбраться на твердую почву. Сидеть в тихом чистом кабинете, чтобы чай с сахаром в стакане с подстаканником, листать интересные научные журналы, чтобы пахло чернилами, чаем и старыми книгами, а не порохом и пожарищами… Через три дня они снова сели в «Хорьх» и отправились к озеру Мауэрзи[11]. Как позже узнал Анатолий, именно туда из Цоссена еще в 1939 году перебралось 12-е управление генштаба германских вооруженных сил, так называемые Иностранные армии Востока — армейская разведка, действовавшая на русском фронте. Именно в это управление приехал Ланге решать какие-то свои дела. Толя понял, что он здесь свой. Знали не только его, но даже его «Хорьх», запыленный, забрызганный грязью. Когда он проезжал мимо шедших по улице офицеров, они отдавали честь. Это был маленький поселок на берегу озера. Ставка Гитлера «Волчье логово» находилась километрах в тридцати отсюда. И Ланге поехал туда сразу же, оставив мальчишку в своей комнате, стоявшей все эти месяцы запертой на амбарный замок. — Приберись здесь, — велел он. — Ведро и тряпку возьми у коменданта. — Заметив разочарование, которое Анатолий не смог скрыть, Ланге рассмеялся: — Per aspera ad astra. Путь к учению не будет легким. Я был учеником мясника, прежде чем стать тем, кем стал… Воду возьми в озере. Как следует убери наше логово, — он усмехнулся, явно подразумевая, что у него логово не хуже, чем у Гитлера. — Я переговорю с начальством, и что-то мне подсказывает, что мы здесь не задержимся. Ланге даже кителя не измял в поездке, оставался свежим, словно и не было ночного бегства из-под бомбежки. Толя проводил его взглядом сквозь пыльное оконное стекло и запоздало испытал душный страх. Он даже распахнул скрипучие створки окна, чтобы глотнуть свежего воздуха. С озера пахло илом, как обычно пахнет любое озеро. Свистела в камышах на болотистом берегу птица. Другая отвечала пением, напоминающим дробь. Паника, охватившая Анатолия, отступила. «В конце концов, я жив. Ланге человек рассудительный. Хотя до конца непонятно, какая ему выгода возиться со мной». Толя относил заботу немца к тому, что Ланге видел в нем младшего брата или даже сына. Ведро Толя обнаружил за дверью в комнате и пошел на берег озера. Тут была оборудована пристань и организован небольшой пляж. Анатолий зачерпнул воды и, поставив ведро у ног, засмотрелся на сверкающую от взошедшего солнца поверхность огромного озера. Он еле различал противоположный берег. Подошел молодецкого вида офицер в расстегнутом кителе, потягиваясь и, кажется, собираясь искупаться. Он покосился на мальчишку. — Ты приехал с Ланге? Я его сосед по дому. Давненько Анкэля не видел. Он что, поскакал докладываться к Гелену? — Я не знаю, герр… — Нойман, — подсказал немец, стягивая китель и оставшись в белоснежной нижней рубашке. — Здесь вода как в пруду около моего дома в Баварии. Теплая, словно маслянистая. Я только опасаюсь задницей наткнуться на церковный крест. — Он захохотал своей шутке, которую Анатолий не понял. |