Книга Измена на Первом Курсе, страница 96 – Мира Лаверн

И что подумает.

Сама разозлилась на себя.

Это не имело значения.

Ольга Сергеевна встретила меня в маленьком кабинете возле деканата.

Я видела её раньше только на фестивальных собраниях.

Женщина лет сорока, короткие тёмные волосы, серый костюм, кружка с надписью «Сначала дедлайн, потом паника».

На столе лежала жалоба Никиты.

Распечатанная.

С закладками.

— Садитесь, Софья.

Я села.

Поставила сумку на колени.

— Я принесла документы.

— Вижу.

У меня был внешний диск, распечатанная таблица и папка с ранними версиями.

— Мы не будем сейчас рассматривать по существу, — сказала Ольга Сергеевна. — Для этого заседание.

— Тогда зачем встреча?

— Вы попросили разъяснить процедуру.

— Да.

Она открыла уведомление.

— Сразу важное. Комиссия не устанавливает авторское право в юридическом смысле.

— Но в письме требуют подтвердить авторство.

— Нам нужно понять, кто создал работу и можно ли допустить её к университетскому показу. Это не суд и не экспертиза.

— Если Никита утверждает, что соавтор?

— Он должен показать конкретный творческий вклад.

— У него три реплики.

— Тогда вы это укажете.

— А то, что фильм основан на нашей жизни?

— Жизненные события сами по себе не принадлежат одному человеку.

Я впервые за несколько дней услышала настолько простой ответ.

— Значит, он не может запретить?

— Не спешите.

Ольга Сергеевна сняла очки.

— Если фильм использует его изображение, голос, личную переписку, реальные сообщения, узнаваемые обстоятельства интимной жизни или создаёт прямое обвинение, у комиссии возникнут вопросы.

— Мы удалили все сцены с ним.

— Это хорошо.

— В фильме нет измены.

— Тоже важно.

— Нет имени.

— Хорошо.

— Переписка используется только как доказательство для комиссии.

— Не в самом фильме?

— Нет.

— Тогда обозначьте это отдельно.

Я открыла блокнот.

— Что значит узнаваемые обстоятельства?

— Здесь сложнее. Любой участник вашего института уже знает о конфликте. Даже полностью вымышленного героя могут связать с Никитой.

— Тогда фильм невозможно показать.

— Не обязательно.

— Но вы сами говорите.

— Связь в головах аудитории и прямое использование личности — разные вещи.

— Как доказать разницу?

— Художественной переработкой.

— Насколько сильной?

— Новый персонаж не должен повторять конкретную биографию Никиты, его программу, внешность, личные фразы и фактическую последовательность вашего расставания.

— У нас история о двух студентах из маленького города.

— Это слишком общее.

— Они приехали вместе.

— Так приезжают тысячи пар.

— Живут в общежитии.

— Тоже не уникально.

— Снимают фильм.

Ольга Сергеевна подняла брови.

— Вот это уже стоит убрать, если присутствует.

— В сценарии нет фильма внутри фильма.

— Тогда хорошо.

— Герой хочет свободы и отдаляется.

— Универсальный конфликт.

— Все всё равно поймут.

— Возможно.

Она говорила без эмоций.

Не обещала справедливость.

Только процедуру.

— Никита пишет, что фильм будет публичным наказанием, — сказала я.

— Я читала.

— Это ложь.

— На заседании объясните.

— Он имел право закончить отношения.

— Конечно.

— Я никогда не спорила.

— Тогда так и скажите.

— Но он не закончил до измены.

— Это уже фактический спор между вами.

— У меня есть доказательства.

— Их можно представить комиссии в необходимом объёме.

— Фотография?

— Если подтверждает дату и имеет отношение к жалобе.