Книга Измена на Первом Курсе, страница 93 – Мира Лаверн

— Я спрашиваю: ты хочешь домой или хочешь исчезнуть до того, как тебе снова станет больно?

Я отвернулась.

За окном серело.

В общежитии начинали хлопать двери.

Кто-то смеялся в коридоре.

В соседней комнате зазвонил будильник Кати.

Раньше я знала его мелодию.

Теперь каждый раз хотелось бросить что-нибудь в стену.

— Я не хочу, чтобы Никита выиграл, — сказала я.

— Это плохая причина остаться.

— Марк тоже говорил.

— Он иногда говорит разумные вещи.

— Не надо.

— Хорошо.

Яна взяла полотенце.

— Другая причина есть?

Я посмотрела на название.

«Мы приехали вместе».

— Это мой первый настоящий сценарий.

— Вот.

— Я написала его до всего.

— Да.

— До Марка.

— Да.

— До измены.

— Да.

— Но он всё равно про Никиту.

— Первоначально.

— Все будут видеть его.

— Возможно.

— Комиссия тоже.

— Поэтому нужно переработать.

— Я не обязана ничего доказывать.

— Не обязана.

— Тогда зачем?

Яна открыла дверь.

— Чтобы твоё имя осталось в титрах.

Она вышла.

Я смотрела на закрытую дверь.

Потом на билет.

Время оплаты закончилось.

Бронь исчезла.

Я не стала выбирать новый поезд.

Открыла сценарий.

В заголовке стояло:

Автор сценария — Софья Лаврова.

Я никогда не обращала внимания.

Теперь смотрела долго.

Моё имя.

Не имя Никиты.

Не Марка.

Не Кати.

Моё.

Сбор документов оказался хуже написания сценария.

Когда пишешь историю, можно выбирать, что оставить.

Когда доказываешь, что история твоя, приходится сохранять всё.

Даже неудачные версии.

Даже голосовые, записанные в августе ночью.

Даже письма, где я стыдливо просила Марка отменить первую заявку.

Я создала новую папку:

«Комиссия».

Внутри — разделы:

Авторство. Хронология. Версии сценария. Вклад участников. Использование личных материалов. Переработка после выхода Никиты. Пояснения.

Яна увидела структуру и сказала:

— Ты всё-таки остаёшься.

— Я только собираю документы.

— Конечно.

— Не начинай.

— Я молчу.

Ранний черновик был создан двадцать второго августа.

До поступления.

До знакомства с Марком.

В файле уже существовали:

двое выпускников; переезд;общежитие; новые друзья; разные направления учёбы; страх потерять отношения; финальная сцена на набережной.

Никита ещё не читал этот текст.

Я отправила ему сценарий позже, после разговора с Марком.

Значит, Никита не мог создать структуру.

Я нашла голосовые заметки.

В одной говорила:

— Город должен быть не фоном, а испытанием. Но не злодеем. Люди сами решают, что делать с переменами.

Дата — двадцать четвёртое августа.

Я слушала собственный голос и не узнавала.

Спокойный.

Уверенный.

Девушка, которая ещё не знала, насколько точно сформулировала будущую историю.

В другой заметке:

— Финал счастливый, но не сладкий. Они остаются вместе не потому, что обещали в начале, а потому что выбирают снова.

Я остановила.

Этот финал больше не существовал.

Но запись доказывала: решение было моим.

Не импровизацией Никиты.

Не указанием Марка.

Я сохранила письмо с первой заявкой.

Потом ответ Марка:

«Первое письмо считаю заявкой. Второе — панической реакцией автора».

Даже улыбнулась.

Ненадолго.

История изменений показывала, что все основные правки вносились с моего аккаунта.

Марк оставлял комментарии.

Я принимала или отклоняла.

Никита не редактировал ни одного файла.

Его вклад находился в записях со съёмок.

Три реплики.

«Ванная на кухне».