Книга Книжный остров мистера Фикри, страница 36 – Габриэль Зевин

— Итак, «Найтли», — говорит она.

— «Найтли», — повторяет Эй Джей.

Амелия пролистывает список, безжалостно опуская книги, которые Эй Джей точно не закажет, останавливаясь на главных надеждах издателя и приберегая самые сочные прилагательные для своих любимцев. С некоторыми партнерами стоит упоминать, снискала ли книга те зачастую гиперболические похвалы известных писателей, которые обычно печатают сзади на обложке и называют мини-рецензиями. Эй Джей не относится к числу этих партнеров. Во вторую или третью встречу он назвал такие отзывы «кровавыми алмазами книгопечатания». Теперь Амелия чуть лучше его знает, и от этого общение с ним становится куда менее болезненным. Видимо, он проникся к ней большим доверием — или же отцовство сделало его добрее. (Но подобные мысли лучше держать при себе.) Эй Джей обещает почитать несколько сигнальных экземпляров.

— Надеюсь, это займет у вас меньше четырех лет, — говорит Амелия.

— Постараюсь управиться за три. — Повисает пауза. — Давайте закажем десерт, — предлагает Эй Джей. — У них наверняка припасен какой-нибудь «Китовый мусс».

Амелия закатывает глаза.

— Поистине ужасный каламбур.

— Если не секрет, объясните, почему «Увядший цвет» больше всего приглянулся вам в том каталоге. Вы молоды…

— Как сказать. Тридцать шестой год пошел.

— Это еще молодость, — говорит Эй Джей. — Я к тому, что роман мистера Фридмана наверняка мало перекликается с вашей жизнью. Я смотрю на вас и не понимаю, что вы нашли для себя в этой книге.

— О, мистер Фикри, это очень нескромный вопрос. — Она допивает второй «Квикег». — Разумеется, меня главным образом покорил авторский слог.

— Разумеется. Но этого недостаточно.

— Скажем так, «Цвет» читался на фоне огромного количества неудачных свиданий. Я романтик, но тот период иногда не кажется мне романтичным. «Увядший цвет» — это книга о том, что настоящую любовь можно найти в любом возрасте. Звучит банально, знаю.

Эй Джей кивает.

— А вы? Что привлекло вас? — спрашивает Амелия.

— Качественно написано и т. д. и т. п.

— Я думала, так нельзя! — восклицает Амелия.

— Вы ведь не хотите выслушивать мои печальные истории, правда?

— Конечно хочу, — говорит Амелия. — Обожаю печальные истории.

Эй Джей в двух словах объясняет, что произошло с Ник.

— Фридман очень метко пишет о том, каково терять близкого человека. О том, что это происходит не единожды, а повторяется снова и снова.

— Когда она умерла? — спрашивает Амелия.

— Уже довольно давно. Я был тогда чуть старше вас.

— Тогда это целая вечность.

Эй Джей пропускает ее укол мимо ушей.

— У «Цвета» были все шансы стать популярной книгой.

— Знаю. Я подумываю попросить кого-то прочесть отрывок из этого романа на моей свадьбе.

Эй Джей не сразу находится, что сказать.

— Вы выходите замуж, Амелия. Поздравляю. И кто же счастливый избранник?

Амелия бороздит гарпунчиком томатные воды «Квикега», пытаясь изловить креветку, которая самовольно покинула боевой пост.

— Его зовут Бретт Брюэр. Я уже собиралась махнуть на все рукой, но тут на сайте знакомств появился он.

Эй Джей глотает последние горькие капли второго бокала вина.

— Расскажите мне больше.

— Он военный, служит в Афганистане.

— Отличный выбор. Будете женой американского героя, — говорит Эй Джей.

— Видимо, да.

— Ненавижу этих ребят, — говорит Эй Джей. — Рядом с ними ощущаешь себя ущербным. Скажите про него какую-нибудь гадость, чтобы мне полегчало.