Книга Преданная. Любовь и долг, страница 22 – Лия Султан

— Свекровь несла бред про то, что я должна быть мудрой.

Губы мамы подрагивают в ухмылке.

— Мудрой? — вздыхает мама. — Бедная женщина. Она прекрасно знает, как её муж гулял в молодости, когда от первых больших денег сходят с ума.

— Касым гулял?

— Ну а кто бы не гулял, когда всё стало так доступно? Но он всегда возвращался к жене.

— А Тамерлан поэтому развёлся?

Мама хмурит брови.

— Про Тамерлана вообще странная история. Сам очень скрытный, себе на уме. С бывшей женой развёлся и отобрал у неё дочь.

— Анвар ничего про это не говорил. Неужели мог?

— Горячая кровь, — пожимает плечами. — Всё может быть.

— Они же не заберут у меня Аишу, мама? Помоги мне развестись, — умоляю я. — Они не отпускают меня. Касым сказал, что развода не будет.

Мама усмехается. Я знаю, что при всей её строгости ко мне, она будет биться за дочь до конца.

— Куда они денутся? Я займусь этим сегодня же. Связи отца не умерли вместе с ним, жаным. Есть люди, которые также высоко взлетели благодаря ему.

Она встаёт, поправляет платок на шее.

— А сейчас отдыхай. Я заберу Аишу к себе.

— Спасибо, мама, — шепчу я.

Она наклоняется, целует меня в лоб сухими, горячими губами.

— Держись. Ты — моя дочь. Ты всё выдержишь.

И вновь одна. Лежу на боку, всё ещё ощущая тянущую боль. Смотрю на белую стену и плачу. Тихо, без звука, только слёзы текут по щекам, затекают в уши, в уголки губ.

У меня с детства было всё. Я никогда ни в чём не нуждалась, даже когда многие в стране выживали. Отец дал мне всё: любовь, заботу, образование, уверенность в завтрашнем дне. А я взяла и променяла всё на смазливую мордашку молодого Анвара, как сказала мама. Поверила в любовь, которой не было.

Столько лет я жила во лжи. Просыпалась с человеком, который смотрел на меня и видел не жену, а выгодную партию. Целовала его, рожала ему дочь, была хорошей невесткой его родителям, а он всё это время… что? Ждал? Терпел? Просто трахал других, потому что хотел и мог?

Мои невесёлые мысли прерывает вошедшая в палату женщина лет сорока — мой лечащий врач.

— Как вы себя чувствуете, Жанель?

— Нормально, — отвечаю, вытирая слёзы.

Она садится на стул, смотрит на меня с сочувствием.

— Сегодня мы за вами понаблюдаем. Если всё будет в порядке, завтра отпустим домой. Но вам нужно беречь себя — и физически, и эмоционально.

Я киваю, сглатываю ком в горле и, наконец, решаюсь попросить:

— Простите, вы не могли бы… — голос предательски дрожит. Я сжимаю пальцы на простыне. — Пожалуйста, возьмите у меня анализы.

— Мы уже всё взяли, не переживайте, — она ободряюще гладит меня по плечу.

— Анализы на инфекции, — шепчу, стыдливо опустив глаза. — Мой муж… он спал с проститутками. Наверное, больше года. Я боюсь, что он меня чем-то заразил.

Глава 10

Тамерлан

— Хорошо, держите меня в курсе всего. И если что-то будет нужно, звоните лично мне, — говорю в трубку заведующей отделением.

— Не переживайте. Завтра мы уже её выпишем, — отвечает она заискивающе. Я такое за версту чую.

— Я вам доверяю. Делайте всё, что нужно, и не беспокойтесь о деньгах.

Закончив разговор, убираю телефон в карман и смотрю в окно. Уже стемнело. Декабрьский снег пошёл час назад: снчала робко, потом густо, крупными хлопьями, укутывая сад в белую тишину.

Снежинки тают на стекле, оставляя мокрые дорожки. Касым курит в кабинете, несмотря на запреты врачей. Наверху Батима - давление подскочило, приехал врач, поставил капельницу. Слишком много событий для одного дня. Слишком много позора для нашей семьи.