Книга Потомок седьмой богини, страница 108 – Алессандра де Амальфи

И все же он явился, превратив ясный день, призванный стать значимым шагом к моей цели, в очередное представление, посвященное его, без сомнения, несравненной персоне.

— Не представите нас?

Терпение Фабиана оказалось на пределе. Голос едва не трещал от напряжения, а стул измученно скрипнул, когда король излишне резким движением выдвинул его из-за стола. Он хотел устроиться на своем обычном месте, но мой бывший наставник оказался быстрее, проявив себя как крайне невоспитанного и бесцеремонного гостя, – это показалось мне странным, ведь раньше он всегда показывал образцовую, почти карикатурную вежливость.

Мы с Иветт оказались прямо напротив нежданного посетителя, и я бесстрашно взглянул в его глаза, пусть от спокойствия во мне остались лишь крохи.

— Маркус Азиор, – отчеканил я. – Некогда старший товарищ, ныне – старый знакомый.

— Ты делаешь неприлично сильный акцент на моем возрасте, – обиженно вздохнул он. – Жаль, не могу ответить тебе тем же. Симпатичное личико, кстати.

Я фыркнул, отчетливо ощутив влияние виверны на мой способ выражения недовольства. Звук больше походил на животный, нежели на человеческий. Да, в Ателлу этот старый прохвост соваться не смел – толики разума еще не покинули его существо, – но следовало ожидать, что в любом другом месте он непременно меня отыщет.

Король натянул фальшивую улыбку, отчего напряженное, будто застывшее в мгновении от яростного рывка тело еще ярче выразило его недовольство.

— Выходит, господин Азиор. Чем обязаны столь неожиданному визиту?

— Мой сын, легендарный Верховный, решил связать себя узами брака, выбрав в жены очаровательную наследницу рода Дюваль. Разве этого недостаточно, чтобы бросить дела и примчаться в столицу Солианских островов, прежде столь радушно принимавшую меня как простого путника?

Фабиан бросил на меня холодный взгляд, и я, одним глотком осушив бокал, поспешил объясниться:

— Я ему не сын.

— Да ладно тебе, это была безобидная шутка, – махнул рукой Маркус.

— Вот видите? Чувство юмора у меня заметно лучше.

Иветт звонко рассмеялась, и плотная тишина с треском разбилась. На мгновение даже захотелось отблагодарить – будто груз упал с плеч, – но выдох короля отвлек, и я ответил лишь легкой улыбкой.

В дверь постучали; музыканты, не дождавшись ответа, вошли, наигрывая что-то легкое и непринужденное. Мы молча принялись за еду и выпивку. Я совершенно точно ел сверх меры, лишь бы занять рот, ибо, едва ли не впервые в жизни, не находил, что сказать. Заяви кто-нибудь, что я так растеряюсь, вновь увидев Маркуса, я рассмеялся бы ему в лицо. Скажи он про неловкость на ненастоящей свадьбе, сопроводил бы смех еще и парой ругательств. Но вот он я, жалкое подобие Похитителя Душ, его бледная тень, недостойная копия. И Маркус лишь ждал момента, чтобы напомнить об этом во всеуслышание.

— Вивиан, – позвал я. Наемница стояла за спиной короля, постоянно меняя позы и глубоко задумавшись, а потому не разобрала за музыкой слетевшее с моих губ имя. – Вив! Прошу, присядь и присоединись к празднику как подобает.

Она чуть замялась, но Фабиан тут же повернулся и указал на пустующее рядом с ним место – на той стороне стола он восседал в одиночестве. Находящиеся напротив фрейлины леди Дюваль защебетали, как только в комнату проникла музыка, и с тех пор не замолкали ни на миг; даже ощутимое напряжение между королем и Маркусом ничуть их не смущало.