Книга Потомок седьмой богини, страница 128 – Алессандра де Амальфи

Осознав, какие части тела еще находились выше пояса, я резко выдохнул:

— Волосы…

— Да, вид не из приятных, – сочувственно подтвердил Фабиан. – Придется сбрить.

— Не дождетесь.

Отказ этот был почти детским капризом, и все же в нем я был твердо уверен. Понесу наказание, но не позволю новому телу уподобиться старому. Продолжу нравиться людям, чтобы заниматься делом было легче, – внешность в моем случае играла огромную роль. Сладкоголосому симпатичному мальчишке прощали неосторожность и грубость, его охотнее принимали в замках – все это заметно помогало быть чародеем, и я понимал тех, кто гнался за мнимым совершенством. Да, сдерживался, чтобы смазливое личико не стало причиной моего конца, но прекрасно понимал, что без него снова запрусь в подземелье, не желая возвращаться к прежнему образу жизни. Слишком много сил уходило на то, чтобы люди переставали обращать внимание на невидящий белесый глаз, пронзенный стрелой безобразного шрама, грубые ладони великана и горбатый нос, сломанный в четырех местах. А очаровательная улыбка и невесомое касание облаченных в ткань тонких пальцев располагали людей мгновенно.

Мазь, соприкоснувшись с ранами, зашипела, источая еще более тошнотворный запах, чем прежде.

— Это… нормально? – обеспокоенно уточнил король.

— Наверное, – признался я неуверенно. – Прежде не бывал в подобной ситуации.

Я не видел, но почти ощутил, как Фабиан улыбнулся.

Он провел со мной много времени, обрабатывая ожоги, хотя мог послать за лекарем или двумя, и те справились бы гораздо быстрее. Мне вдруг стало жаль стражника, что я подставил под пламя виверны, но это чувство быстро заглушила боль от очередного соприкосновения пальцев короля с нанесенными мне увечьями. Фабиан пытался разговорить меня, но отвечал я редко, коротко и колко, и вскоре он бросил всякие попытки.

— Все, – наконец подытожил он. – Если я верно помню, чародеи исцеляются гораздо быстрее простых людей. Через сколько вам станет легче?

— Надеть что-то, плотно прилегающее к коже, смогу дня через три. Но к нормальному существованию вернусь уже к утру.

— Что ж… – Король принялся бегло оглядываться, будто пытаясь что-то отыскать, но лаборатория не изобиловала ничем, кроме ингредиентов для зелий и стеклянных сосудов. Опустив взгляд, он вдруг поджал губы и стянул с себя рубаху. Лишь тогда я заметил, что он ждал меня в крайне расслабленном виде. – Возьмите.

Не сказал бы, что слишком нуждался в одежде – мог добраться до покоев и без нее, – но нажиму Фабиана противиться не стал. Казалось, он правда желал помочь, и это подкупало. Поднимать руки было уже не так больно – и без того чудодейственная мазь в сочетании с моими силами работала быстро, так что к моменту, когда мы подошли к спальне, что я делил с женой, я даже сумел полностью расправить плечи.

— Полагаю, пропитанная зловонной кровью тряпка вам больше не нужна? – поинтересовался я, мельком заглядывая в лицо на удивление довольного короля. – Так понравилась, что хотел бы оставить себе.

— Как пожелаете, – разрешил он, отворяя дверь.

Фабиан поддерживал меня всю дорогу, даже когда я умолял его прекратить, уверяя, что способен идти самостоятельно, и он же ввел меня в комнату, где нас с ошеломленным вздохом встретила испуганная Иветт.

— Ваше величество! – воскликнула она, подхватывая меня с другой стороны, как будто бы в двух шагах от постели в этом была нужда. Ив смотрела на короля с несвойственной ей воинственностью, будто была готова отругать его еще до того, как увидела. – Вы совсем его не жалеете! Чем вы таким занимались?