Книга Утренний Всадник, страница 227 – Елизавета Дворецкая

— С нечистью надо бороться не так! – наконец решил он. – Здесь нужен сильный волхв.

— Так поищи его, – посоветовал Боримир, тщательно скрывая свое удовольствие от вида исцарапанного и злого Велемога. – У меня тут есть один старик, но ему этот лес оказался не по зубам. Правда, у него всего-то осталось полтора зуба, и те друг на друга не сходятся! Он попробовал было бормотать и ворожить, да с тех пор лежит в волокуше под шкурой и дрожит.

Почти не слушая насмешливой речи, князь Велемог оглядывался, словно искал средство где-то поблизости от себя. И, как ни странно, нашел. Рядом со Светловоем, не меньше других удрученным неудачей, он заметил бледное лицо чародейки. Это она подлечила Жизнеславу, так что надежды Велемога на скорое вдовство несколько покачнулись. Но раз уж в ней такая сила, то пусть послужит доброму делу!

Встретив его взгляд, чародейка ответила своим, таким прямым и понимающим, что Велемог даже не стал тратить даром слов: Звенила уже знала, чего он от нее хочет.

— Приготовьте хорошего коня для жертвы, – только и сказала она. – Завтра на рассвете я сделаю это. Здесь велика сила Макоши, но Перун Праведный сильнее ее. Земля дрёмичей – его земля. Сила его близка мне. Я позову ее.

Велемог вгляделся в лицо чародейки, желая удостовериться, что она действительно так убеждена в своих силах, и невольно вздрогнул. Ему показалось, что чья-то уверенная рука проникла ему в душу, жадной горстью зачерпнула тепла и исчезла, сжав в кулаке добычу. А сам он разом ослабел, ощутил желание поскорее сесть на что-нибудь, а не то откажут ноги.

Пламя костра бросало огненные блики в глаза чародейки, она протянула руки к огню, как будто хотела набрать про запас тепла. В ее лице пробегали мелкие судороги, как рябь по воде; она смотрела в огонь и видела там те же Глаза Тьмы, что далекой зимней ночью впервые указали ей путь. Теперь Вела должна исполнить обещания.

* * *

Ночью Светловой спал плохо и проснулся от отблесков костра, пробегавших по лицу. Весь стан речевинов и рарогов, расположившийся над берегом Краены, уже поднялся, но обычного утреннего оживления не было заметно. Все с тревогой ждали, что выйдет из поединка Звенилы с колдовским лесом.

Чародейка стояла возле костра и смотрела в пламя, как будто выжидая знака. Позади нее два отрока держали коня, выбранного в жертву. Светловой отвернулся: он не выносил вида кровавых жертвоприношений, которых требует Перун. Понятно, что от племени дрёмичей, почитающих его превыше других богов, не приходится ждать ничего хорошего. Вдруг Светловой вспомнил, что сама Звенила родом из дрёмичей, и его охватило неприятное чувство, словно он обнаружил рядом с собой змею, которая уже давно могла укусить. Но что было делать? Без Звенилы речевины не пройдут к святилищу и поход окажется почти напрасным, а сам Светловой без нее никогда на найдет Чашу Судеб и не увидит богиню весны.

А Звенила тем временем принялась за ворожбу. Протягивая огню полные горсти жертвенной крови, она громко выкрикивала, выпучив огромные черные глаза: