Онлайн книга «Утренний Всадник»
|
— Вот она! – Старуха показала ему на чашу. – Это и есть Чаша Судеб. Светловой сделал шаг к очагу, не веря. Чаша Судеб сначала поразила его своей простотой: только глина, даже без особой росписи. Только над горлом краснеют какие-то знаки… Он вгляделся, и роспись над горлом чаши вдруг засветилась густым красным светом. Светловой без труда различил знак месяца березеня – простенький рисунок древней двузубой сохи в окружении волнистых полосок весенней воды. Сейчас идет березень, потому чаша и показывает его. Из чаши на него смотрела темная пустота. — Возьми ее, – чуть слышно скрипнула старуха у него за спиной. — Но как же я ее возьму? – Светловой окинул взглядом чашу. Она была так велика, что один человек едва ли сумел бы даже удержать ее. Старуха неслышно подсеменила к нему, протянула руки к чаше, шепнула что-то – и Светловой увидел на месте большой чаши маленькую, не больше двух сложенных ладоней. Только узор вокруг горла со светящимся знаком березеня говорил о том, что она та же самая. — Бери, – шепнула старуха. Светловой осторожно поднял чашу с камня. Белое полотно почему-то потянулось за ней, и он взял его тоже, завернул в него свою добычу – так оказалось даже удобнее. Старуха тихо хмыкнула, но ничего не сказала. Повернувшись, она нырнула куда-то в стену, и Светловой увидел в бревенчатой стене черный проход. Это была не дверь, даже не пролом: просто края бревен истаивали, открывая черноту. И в эту черноту, уже знакомую, Светловой шагнул следом за старухой. Бережно держа чашу, завернутую в полотно, он выбрался из подземного лаза снова в избушку. Огонь в печи давно прогорел, погасла и лучина, только черные угольки плавали в лохани под светцом. В крошечное окошко лился серый свет. Пришло утро. Само это странное путешествие теперь казалось сном, но чаша была в руках Светловоя, тяжелая, осязаемая. — Что мне с ней делать? – спросил он. Черная пустота чаши уже казалась ему насмешкой над вором, думавшим украсть у самой Богини-Матери счастливую судьбу. — Иди с ней туда, где ты встречал свою любовь, – велела старуха. – Вызови ее через чашу, и она останется с тобой навсегда. И еще одно средство я тебе дам. Поди-ка сюда. Старуха взяла с очага уголек и приблизилась к Светловою. — Подай руку. Он протянул ей правую руку, левой бережно прижимая к груди свою добычу. — Даю тебе силу Тени, силу За-Левым-Плечом-Стоящего! – забормотала старуха и провела на руке Светловоя одну прямую черту. Кожу обожгло как огнем, хотя уголек был черным и погасшим, но Светловой терпел, не вздрогнув. – Облекаю тебя силой Чернобога, Рвущего Оковы, Разрушающего Круг… Она провела еще две черты, и на руке Светловоя появилось нечто вроде рисунка птичьей лапы с тремя пальцами – реза Чернобог. Он не осознавал вполне, а лишь чувствовал, каким образом ему поможет знак божества, вечно стремящегося разрушить обустроенный и упорядоченный старшими богами мир, в котором для каждого отведено свое место и время. Сейчас он видел в этой резе волшебный ключ, который разомкнет круг неудобного, враждебного его мечте порядка, при котором он оторван от своей единственной и драгоценной любви. Этот ключ, вложенный в его руку, сам вложит в нее силу разрушить этот неумолимый и жестокий порядок, вырвет его Весну из круга уходов и возвращений, позволит ей быть с ним всегда, всегда… |