Книга Пес войны, страница 114 – Мария Архангельская

Улица была достаточно прямой, чтобы простреливаться почти до самого конца. Сжав зубы, Гирхарт посмотрел на коэнцев, беспощадно избивающих его людей, потом решительно протянул руку:

— Дайте лук.

Лук не относился к его любимому оружию, да и среди первых стрелков он никогда не числился, но здесь промахнуться было трудно. Гирхарт проверил тетиву, поправил браслет лучника, вытащил из поданного вместе с луком колчана стрелу, и кивнул вопросительно глядевшему на него капитану:

— Командуйте.

Капитан хрипло взревел, Гирхарт вместе со всеми поднял лук и выстрелил. Стрелы взлетели прозрачным облаком, накрыв коэнцев. Видимо, капитан побоялся задеть своих, потому что первые ряды противника уцелели, а вот тем, кто шёл за ними, досталось изрядно. За первым залпом последовал второй, третий, четвёртый… Понёсшие значительные потери коэнцы приостановились, что дало возможность солдатам Гирхарта оторваться от них. Даан со злобной радостью посылал стрелу за стрелой. Он знал, что враг скоро опомнится, но небольшую передышку они выгадали. Как раз достаточную, чтобы солдаты добежали до строя лучников и нырнули в спешно образовавшиеся проходы между ними.

Гирхарт бросил лук — пора было из рядового вновь становиться командиром. Оказавшись в относительной безопасности за спинами своих товарищей, солдаты пришли в себя, и порядок удалось восстановить быстро. Более того, теперь они жаждали реванша, и когда Гирхарт отдал приказ снова идти вперёд и сам повёл их, за ним последовали с готовностью и воодушевлением. Коэнцев удалось выдавить с этой улицы, попутно ударив в спину тем, кто наседал на соседней. Шаг за шагом войско Гирхарта восстанавливало утраченные позиции, вытесняя врага из Нового города. На одной из площадей отряд, ведомый маршалом, соединился с отрядом Дарри, и дело пошло ещё веселей.

Видимо, в какой-то момент командир коэнцев понял, что поражение в этом бою неизбежно, и принял решение поберечь людей. Яростное сопротивление сменилось организованным отступлением. Гирхарт невольно восхитился стойкостью и дисциплиной своих врагов. Они чётко держали строй, не забывая огрызаться, а у Восточного и Большого мостов выставили заслоны, которые, будучи истреблены почти полностью, дали своим возможность уйти без суеты и давки. Не забыли они и вывести с собой столько горожан, сколько смогли, так что нельзя было сказать, что коэнские солдаты бросили мирных жителей на произвол судьбы.

Новый город был взят, но отдельные очаги сопротивления пришлось добивать до глубокой ночи. Коэнцы упорно не хотели сдаваться в плен, даже женщины и старики, не говоря уж о подростках, предпочитали умереть с оружием в руках, или с тем, что можно было счесть за оружие. Стоя на стене над тёмными водами реки, Гирхарт смотрел на лежащий у его ног, озаряемый пожарами город. Сейчас его люди возьмут из него всё, что можно взять, а завтра он прикажет разрушить эти стены, дома и храмы до основания. Коэна исчезнет. Это жертва, которую он обещал своим Богам, и это — дело всей его жизни, ради которого он, наверное, и появился на свет. И после его завершения он со спокойной душой сможет уйти к своим Покровителям.

На следующий день на правый берег Инни переправился гонец с донесением от Эрмиса. Оказалось, коэнцы не только попытались вчера отстоять Новый город путём контратаки, но и организовали вылазку на левом берегу, которая, впрочем, была благополучно отбита. Оставив Дарри руководить разрушением захваченной части города, Гирхарт вернулся в основной лагерь. Сразу по возвращении он собрал совещание штаба для выработки дальнейшей стратегии осады. На этом совещании Арн предложил отправить к Серлею парламентёров с требованием капитуляции. В этом случае её жителям гарантировалась жизнь.