Книга Княгиня Ольга. Истоки, страница 24 – Лада Отрадова

Вещий Олег хмурится и молчит: Игорь и впрямь не обладал ни навыками военачальника, ни умением вести за собой дружину на собственном примере на поле битвы, однако бросать сейчас, в момент слабости и неизвестного состояния здоровья племянника тень сомнения на его решения стало бы роковой ошибкой.

Ярослав почтительно склоняется над воинами и робко молвит:

— Что до дороги в Лыбуту — покажу и провожу. Седлайте коней.

* * * * *

Ольга словно физически ощутила на своей коже взгляд витязя, и на сей раз, отбросив страх и смущение — бежать с лодки было некуда! — посмотрела загнанной в ловушку дикой рысью на молодца. Глаза их встретились.

В этот миг князь почувствовал, как внутри него все затрепетало. Он никогда ещё не видел такого взора, одновременно дикого и необузданного, испуганного и манящего. Лёгкий ветерок трепал волосы незнакомки, кожа её блестела жемчугом, а на нахмуренных русых бровях выступили капельки пота, когда она сделала ещё один осторожный шаг назад.

Дальше некуда — край отцова челна.

Тогда Игорь и вкусил расплескавшееся в груди предчувствие победы. Бежать девице было некуда, сам же наследник Киевского престола никогда не стеснялся своих желаний и был не в силах игнорировать растущее в его чреслах влечение к юной простолюдинке.

Князь сделал короткий шаг навстречу своей спасительнице, напомнившую ему деву-лебедь из старинных сказок, которые рассказывал маленькому наследнику учитель Веремуд.

— Скажи мне, лодочница, — промолвил он, грязно облизывая пересохшие от возбуждения губы. — Есть ли у тебя имя?

Девица, ни на мгновение не сводя глаз с собеседника и боясь упустить любое его движение, что может оказаться роковым для неё, отрывисто ответила:

— Ольга.

— Ольга, значит… Варяжка? — повторил он её имя, прикованный к тонкой и хрупкой фигуре напротив. — Ты редкая красавица, Ольга. Ты когда-нибудь была с князем?

Лодочница замолчала, и лишь сжатые в кулаки пальцы сейчас были безмолвным знаком наполнившего девицу волнения и паники. Сердце Ольги бешено заколотилось, в голове хаотично заметались стаей птиц тревожные мысли.

Что с ней случится? Причинит ли незнакомец ей боль? Воспользуется ли витязь её слабостью и невинностью?

Князь перед ней или же решивший прикрыться его именем в своих гнусных интересах похотливый гридь — значения не имело.

— Нет… и не собираюсь, — бледное лицо Ольги оставалось каменным, лишь глаза её горели от гнева парой огненных яхонтов.

Мужчина только нагло усмехнулся и придвинулся к ней ближе, рука его скользнула к поясу, но, к удивлению боярского сына, не обнаружила там привычной сумки-ташки с монетами. Тогда длань Игоря сняла с мизинца левой руки толстое серебряное кольцо и протянула его варяжке.

— Ну же, не стесняйся и не робей. Я обещаю, что это кольцо будет стоить твоих усилий.

От такого предложения Ольгу и вовсе захлестнула буря эмоций из негодования, обиды, злости и непримиримости судьбе. За кого он её принимает? Дочь Эгиля, пересилив страх, уверенным звонким голосом бросает ему в ответ:

— Как смеете Вы, княже, делать мне такое предложение?! Перед Вами не блудница, а дочь свободного купца… Может быть, я и невинна, но не наивна. На своей хрупкой спине несла я Вас в лодку, своими усталыми руками омывала раненое тело и прогоняла кровожадный гнус, и такова милостивая благодарность? Вам должно быть стыдно за себя.