Книга Герцог-пират, страница 135 – Джо Беверли

— О да! – сказала Белла. – Если он все еще здесь, то это преподобный Джервингем. Деятельный пастор и сын графа Монклиффа. Он не подвержен влиянию местных властей и известен тем, что обличает грешников с амвона: как сильных мира сего, так и простых людей.

— Я уже его обожаю, – сказал Торн с довольной улыбкой. – С аудиторией из стольких местных жителей, скольких мы сможем привлечь, эти три джентльмена должны сделать свое дело.

— Пока мировые судьи плохо себя ведут.

— По словам миссис Кэллоуэй, они это делают всегда.

— Всегда?

— Ваш брат – закоренелый грешник, Белла. Мы не поймаем его на одной досадной оплошности.

— Нет, конечно нет… Но должны же они соблюдать закон!

— Закон никогда не применяется по отношению к ним. Так что все, что нам нужно – это сигнал, когда именно нужно вторгнуться и поднять занавес.

— Почему бы не позволить одной из женщин помочь нам? – предложила Белла. – Я подозреваю, что они не откажутся.

— И сделают это с удовольствием. – Глаза Торна сверкнули. – Громкий женский крик стал бы достаточным поводом броситься туда, как вы думаете?

— Разве джентльмен сможет поступить иначе? – Белла подмигнула ему в ответ.

Они подняли бокалы и посмотрели друг на друга. Какой идеальный момент, подумала Белла, если не думать о том, что ожидаемый триумф не означает крушение всех ее надежд.

Это было правдой. Ее мечты о замужестве – это всего лишь мечты. Даже если Огастуса сотрут в порошок, она все равно останется собой – Беллой Барстоу с испорченной репутацией.

— Мне придется вернуться в «Дуб», чтобы обо всем позаботиться, – сказал он. – Я прошу прощения за то, что ставлю вас в такое положение…

— Значит, мне придется сыграть опечаленную жену.

Торн поднялся и подошел, чтобы поцеловать ее. От Беллы пахло пряностями с бренди, апельсинами и мускатным орехом.

— Мне придется пойти, это необходимо, – сказал он.

— Я знаю.

Он снова поцеловал ее.

— Мы оба знаем, будь мы на самом деле женаты, ты бы свернула мне шею этой кочергой.

— Будь мы на самом деле женаты, сэр, вы бы давно научились правилам поведения. – Она улыбнулась.

— Я уверен в этом.

Белла старалась не показывать своих чувств. Но после того, как он улыбнулся ей в ответ и вышел из комнаты, слезы ручьем потекли по ее щекам.

Через некоторое время вошла горничная с ужином для нее одной и блюдом для Табиты. Девушка бросила на Беллу жалостливый взгляд, и Белле отчаянно захотелось заверить ее, что «муж» никогда бы так не поступил, не будь у него на то весомой причины…

О, она была в бешенстве, и все свое внимание сосредоточила на предстоящем возмездии. Это, по крайней мере, она могла сейчас сделать.

После ужина Белла села за шитье, нуждаясь в успокаивающем занятии. Она почти закончила подшивать мужской платок, над которым работала, и, делая последние стежки, решила подарить его Торну. Это был обычный носовой платок, так что Торну не нужно будет думать, что он что-то значит. Но она будет знать, что он у него… независимо от того, как сложатся события в будущем.

Торн вернулся через час. Беллу это очень обрадовало, но виду она не подала.

— Какое прекрасное зрелище, – сказал он. – Дама за шитьем, при свечах.

— Несомненно, при дневном свете работалось бы лучше. – Она бросила на него быстрый взгляд. – Но мои пальцы знают свое дело, поэтому я могу заниматься этим даже с завязанными глазами. Женщины согласились?