Книга Герцог-пират, страница 137 – Джо Беверли

— Боюсь, вы chère amie^[12] герцога Айторна.

Проще говоря, любовница.

Он наклонился вперед и взял ее за руку.

— Вы стали для меня близким другом, Белла, так что это не ложь.

Эти слова почти разрушили ее самообладание, но она справилась:

— И вы для меня. Вы взялись помогать мне с таким упорством, как будто это и ваша беда. Но, друг мой, могу ли я завтра принять участие в происходящем, а не только показать свечу в окне?

Он по-прежнему держал ее за руку, и она не пыталась освободиться.

— Вы должны оставаться в своей комнате, Белла, – сказал Торн. – Все это может быть очень неприятно.

— Ну и пусть.

— Я имею в виду грязный разврат.

— Но мне нужно увидеть результат, – сказала она.

— Кто-нибудь сможет вас узнать.

На мгновение Белла засомневалась, но потом сказала:

— Тогда это уже не будет иметь значения. Я имею в виду, это не помешает нашему плану.

— А как же ваша репутация?

— Мы уже давно поставили на ней крест.

Его рука и выражение лица напряглись, будто он злился, но затем Торн сказал:

— Тогда, во что бы то ни стало, держитесь рядом.

— Спасибо. Я верю, что у нас все получится.

Он поднял ее руку к своим губам и поцеловал кончики ее пальцев.

— Все получится, ибо это мой долг перед вами, миледи. – Затем он отпустил ее руку и встал. – Я должен вновь покинуть вас, чтобы уладить еще несколько деталей. Обещаю, что не пойду снова в «Дуб».

— Смотрите не соблазнитесь на это снова, – сказала она дразня, но серьезно.

— Я пошлю кого-нибудь забрать вашу посуду после ужина, а также принести воды для умывания перед сном.

Торн ушел, и Белла поняла, что он намекнул ей на то, что пора ложиться в постель.

Как она должна это понимать?

Когда служанки сделали все, что попросил Торн, Белла сняла платье и умылась. Но затем посмотрела на кровать, размышляя, что ей нужно надеть. Сорочку и нижнюю юбку, как в первую ночь? Или ночную рубашку – как в прошлую?

Она полностью осознавала свои желания, но не хотела делать слишком сильных намеков и заставлять его чувствовать себе чем-то обязанным. Особенно, если он не хочет того же, что и она.

Белла чувствовала себя порочной, но ей было все равно – это могла быть их последняя ночь вместе. Больше всего ей хотелось примерить на себя роль настоящей жены капитана Роуза: его помощницы и спутницы, хранительницы очага в их общем доме на берегу, матери его детей и… любовницы в его постели.

Сейчас она хотела этого больше, чем чего бы то ни было…

Даже больше, чем отомстить Огастусу.

Да, похоже, любовь – эгоистичное чувство. Ведь если бы ей пришлось выбирать между браком с Торном и местью брату, она бы выбрала выйти замуж и оставила попытки избавить этот мир от Огастуса Слаггаби Барстоу.

Белла выбрала ночную рубашку. Расчесала волосы и заплела их в косичку, а затем надела ночной чепец. После всех приготовлений ко сну, она отдернула балдахин и забралась в постель.

Прошло совсем немного времени прежде, чем Торн вошел в спальню. Она прислушалась к звукам за балдахином, пытаясь уловить в них его настроение, а затем почувствовала, как он присоединился к ней на кровати. Белла не смотрела на него. Она не хотела заставлять его делать что-то против воли.

Он придвинулся к ней вплотную. Белла повернула голову, чтобы посмотреть на него, и увидела обнаженные плечи. Он был без рубашки.