Книга Советы юным леди по безупречной репутации, страница 151 – Софи Ирвин

Она не повысила голос – такое было не в стиле миссис Бальфур, – но эта леди умела отчитывать столь суровым и возмущенным тоном, что он действовал сильнее, чем крик.

— Мама, – начала Элиза, – вам не стоило прислушиваться к сплетням, они выставляют все гораздо в худшем свете, чем есть на самом деле.

— Хочешь сказать, что не посещала карточные притоны? Не остановилась в доме женщины, от которой за милю несет торгашеством? – вопросила миссис Бальфур. – Где ты развлекалась этим вечером в платье, совершенно неподобающем для твоего положения вдовы на втором периоде траура?

Элиза не ответила. В таких обстоятельствах солгать значило бы совершить роковую ошибку.

— Впрочем, не важно, – сказала миссис Бальфур. – По правде говоря, даже не имеет большого значения, что думаю я, – хотя, признаться, я крайне разочарована. Важно, что думает высшее общество, что думает Сомерсет, – а они сходятся в оценке тебя как смертельно, непростительно фривольной особы.

— Сомерсет? – ошеломленно переспросила Элиза.

Он что, переписывался с ее матерью?

— Какое он имеет к этому отношение?

— Самое прямое, Элиза, – заявила миссис Бальфур, наклоняясь вперед. – Не сомневаюсь, в Бате тебя ожидает письмо от мистера Уолкота. Я вынуждена добавить к череде твоих безответственных выходок еще и то обстоятельство, что ты не распорядилась пересылать свою корреспонденцию. К счастью, Сомерсет счел разумным на прошлой неделе написать твоему отцу и предупредить нас о том, что последует.

— Ч-что он написал? – слабым голосом спросила Элиза.

— Он написал, что, учитывая твое поведение в последнее время, не видит иного выбора, как отозвать твою долю в завещании. Он намеревается забрать все поместья, как только будут оформлены необходимые документы, а на это потребуется не более нескольких дней.

— Но… но он не может так поступить! – запротестовала Элиза.

— Уверяю тебя, может, – отрезала миссис Бальфур, и Элиза задалась вопросом, насколько ее гнев смягчается радостью возмездия. – Как недвусмысленно указано в завещании, толкование твоих действий полностью отдается на его усмотрение. И он истолковал их как предосудительные, в чем я с ним согласна.

— Но он сказал, что не сделает этого, – пролепетала Элиза. – Обещал в обмен на…

Она умолкла, внезапно и со всей определенностью сообразив, что ничего не выгадает, если расскажет миссис Бальфур о происках Селуинов. Но поступок Сомерсета не имел никакого смысла – он знал, что именно Элиза может сообщить миру о его родственниках, какой позор она возложит на его порог, произнеся лишь несколько слов. Когда они разговаривали в последний раз, он, казалось, решил во что бы то ни стало избежать таковых последствий. Что произошло? Что заставило его передумать?

— Возможно, его заставило передумать бесчестье, грозящее его семье. – Миссис Бальфур откинулась на спинку дивана – позволила себе расслабиться теперь, когда смертельный удар был нанесен. – Невозможно повсюду разгуливать не разлей вода с каким-то мужчиной, как ты с Мелвиллом, часами развлекать его в уединении у себя дома и при этом не навлечь на свою голову осуждение самого прискорбного толка.

— Я поеду в Харфилд, – сказала Элиза и, моргая, обвела взглядом комнату, словно надеялась прочитать на стенах ответ. – Постараюсь его переубедить.