Книга Чистой воды блеф. Настоящая итальянская жена, страница 29 – Ирма Гринёва

Очнулся в больнице. Первое, что увидел, – перевёрнутое лицо Сашки с измученными глазами, который, как оказалось, вовремя приехал в Питер, и успел меня спасти, в отличие от меня, который к Анечке не успел. И тут я завыл… Дальше рассказывать не о чем. Сашка увёз меня в Москву и вернул к жизни… Это было два с половиной года назад…

Алексей замолчал. Выворачивать душу больше не было сил. Снежана плакала. Алексей подошёл к ней, обнял, и так они застыли на некоторое время. Когда рыдания Снежаны почти стихли, он полувопросительно-полуутвердительно сказал:

— Я приду завтра…

Снежана ничего не ответила. Алексей поцеловал её в волосы и ушёл.

⁷ – субкультура, зародившаяся в конце 70-х годов XX века в Великобритании на базе панк-движения. Готической субкультуре характерны специфический имидж (черная одежда, белая пудра для лица, тёмная подводка вокруг глаз и чёрная или красная губная помада, пирсинг, татуировки, обилие металлических или серебряных украшений) и интерес к готической музыке (из Википедии).

После ухода Алексея Снежане стало ещё тяжелее. Ещё до того, как он произнёс имя сестры, она поняла, что речь будет идти о ней. Последнее, не достающее звено в цепи коротенькой жизни Анечки, встало на своё место и изменило всё представление Снежаны о случившемся.

На неё разом навалились воспоминания и о том времени, когда она узнала о смерти сестры, её тогдашние чувства, и о том, как пыталась восстановить события из истеричных криков и обвинений обезумевшей от горя матери Анечки – Маргариты Петровны, и как ненависть к абстрактному тогда Александру Савельеву держала её на плаву, и как она осуществила свою месть, не доведя до конца, поскольку влюбилась в него, как малолетняя дурочка, и пыталась сбежать и от него, и от себя… И как он взял всю вину на себя, защищая младшего брата. И что он пережил, когда увидел младшего брата всего в крови, а потом вытаскивал его день за днём из депрессии к свету, к жизни…

Снежана поддалась не сразу на уговоры матери – Ирины Анатольевны, вышедшей очередной, четвёртый раз замуж и уехавшей к мужу в Швецию, переехать к ней в Стокгольм. У неё очень даже не плохо шёл свой маленький бизнес по оказанию менеджерских услуг компаниям, находящимся в кризисном состоянии, и в России. Она моталась в основном между Питером и Москвой и в принципе жизнью своей была довольна. Работа давала и моральное удовлетворение, и приличные деньги, и обширные знакомства с новыми людьми. Но постепенно Снежане захотелось уже осесть где-то и завести семью. Звучит, конечно, не очень, похоже, как будто хочешь завести собаку, но суть от этого не меняется. Но с семьёй-то, как раз, ничего и не получалось. А работать стало скучно. Мама была счастлива и уверена, что уж этот её брак продлится до конца её жизни (она, правда, каждый раз была в этом уверена, но потом опять уходила от очередного мужа и искала следующего). И Снежана решила, что, раз уж семьёй ничего не получается, то хотя бы на новом месте будет не скучно создавать свой бизнес. И уехала в Стокгольм.

С Анечкой они не виделись больше двух лет, но перезванивались. И Снежана в принципе была в курсе её жизни даже больше, чем её мать, с которой у Анечки не складывались такие теплые и доверительные отношения, как со старшей сестрой, хоть и не родной ей по крови. Поступление в колледж – увлечение готами – знакомство со взрослым мужчиной и бешеное счастье…