Книга Ты ворвалась в мою жизнь непрошено… Всё, возможно, будет не так, уж, и плохо!, страница 36 – Ирма Гринёва

Олеся опять засмущалась и стала собирать посуду со стола.

— Да брось ты эту посуду! – с досадой произнёс Кирилл, взял руки Олеси в плен своих рук и притянул в себе. – Останься со мной до завтра, – попросил, заглядывая глубоко в океан её голубых глаз.

Воздух вдруг наэлектризовался. Сердце у Олеси забухало молотом по наковальне, а коварный искуситель уже положил свои руки на её спину и притянул к себе так близко, так близко, что она уже чувствовала его дыхание на своих губах. Кожу под его руками жгло огнём, тело растекалось расплавленным воском, а в голове холодным сквозняком проносилось: Офелия, Офелия, Офелия…

Олеся не выдержала напряжения двух разрывающих её в противоположные стороны эмоций и обмякла в руках Кирилла в глубоком обмороке.

Очнулась Олеся на диване в гостиной, куда её перенёс Кирилл. В ушах звенело. Кружилась голова. Воздуха не хватало, и Олеся часто и глубоко дышала. Зрение никак не могло поймать фокус, все предметы вокруг троились и четверились. Олеся попыталась сосредоточиться на лице, которое нависало над ней, и постепенно ей это удалось. Как при настройке чёткости изображения в бинокле, появились испуганные глаза Кирилла и его что-то произносящие губы. Всё из-за него! Все беды у неё из-за него! – подумала Олеся. Собрала все свои начинающие возвращаться силы в руки и оттолкнула заботливо наклонившегося над ней мужчину:

— Чего ты добиваешься, Кирилл?!

Не ожидавший такой агрессивной реакции, Кирилл встал с дивана и отошёл в сторону:

— Кажется, Олеся Глебовна, Вы меня, всё-таки, узнали?

— Ещё бы!

Задетый горечью, явственно прозвучавшей в словах женщины, Кирилл холодно спросил:

— А по какому поводу такой тон?

— А то ты не знаешь!

— Представьте себе, даже не догадываюсь! Меня полгода не было в посёлке. А когда вернулся, Вас там уже не было. Ни Вас, ни Вашего мужа. Только куча сплетен. А хотелось бы знать правду.

— Правду? Правду… Мы с мужем ждали ребёнка, ты это знаешь… А потом он получил анонимное письмо, где утверждалось, что я спуталась со старшеклассником и мой ребёнок от него, а не от мужа. Догадываешься, на кого намекали, и кто написал?

— Машка! – мгновенно понял Кирилл, вспомнив, как та прятала от него глаза при последней встрече.

— Да, – подтвердила Олеся, – Машенька Арефьева, безоглядно влюблённая с Кирилла Стахова…

— Что было дальше? – глухо подогнал замолчавшую Олесю Кирилл.

— Мы поссорились… Я неудачно упала…

— Он тебя избил??? – с гневом вскричал Кирилл и от ярости сжал кулаки.

Был бы этот упырь рядом, он, не задумываясь, убил бы его!

— Нет, – покачала головой Олеся, – ударил один раз… по лицу… Я ударилась животом об тумбочку, а потом головой об пол. Очнулась в больнице с сотрясением мозга и уже без ребёнка.

— А потом?

— Потом? Вышла из больницы. Собрала вещи и вернулась к родителям в Оренбург. Без мужа и без ребёнка.

— Вы развелись?

— Нет. Не разводились. И так и не поговорили. Серёжа погиб через три года. Вот так всё и закончилось…

— А сын у тебя от второго мужа? – легко перескочил на «ты» Кирилл.

— Да. Мы с ним познакомились в Москве. Я себе решила сделать подарок на тридцатипятилетие, приехала сюда на зимние каникулы. Попала на его лекцию о Малевиче, влюбилась. И получается, что подарила себе не только Москву, но и мужа.