Книга Немезида ночного ангела, страница 259 – Брент Уикс

Гранд-мастер Витрувий не продолжает натиск. Он смотрит на меня. Говорит:

— Вы не могли освоить предвосприятие, увидев его только один раз.

— Вообще-то… – слова даются мне с трудом, – …я видел его дважды.

— Ах, ну тогда не страшно, – сухо отвечает он. – И какие мерки вы в него заложили?

— Чего?

— Предположения о том, как я буду действовать. Ваши догадки недурны, но образы дерутся гораздо лучше меня. Раньше меня уже переоценивали, но ваши ошибки, ваше суждение говорит о том, что…

Я рад поговорить с ним о чем угодно. Мне нужна передышка. Нужно посмотреть, могу ли я себя Исцелить.

Неожиданно я натыкаюсь внутри себя на пустоту. В Черном Кургане я чуть не погиб… а затем примерно за минуту Исцелил себя, применив навык, которому меня в тот же день научил Дарзо. Сейчас мне нужно лишь залечить нос и укрепить плечо, чтобы снова его не вывихнуть. Должно быть просто.

Я точно знаю, что умею это делать, но не помню как. Черный Курган начисто стер те знания из моего разума. Казалось бы, такое элементарное умение; я был уверен, что оно вернется.

Но оно все не возвращается.

— Вы применили ко мне мерку Дарзо, верно? – пораженно спрашивает гранд-мастер. Негромко выругивается. – Неужели он настолько силен?

Я пропускаю его вопрос мимо ушей и, все еще морщась от боли, указываю пальцем туда, где от его облака возможностей отлетает самый длинный шлейф, который рассеивается как дым.

— Хотелось бы знать, что это такое.

Мне кажется, или кровь, которая льется из носа мне в рот и стекает по подбородку, уже останавливается?

Гранд-мастер пристально смотрит на меня, как сова с серыми глазами.

— Многим философам хотелось бы того же, – говорит он.

— Это еще что значит? – Кровь перестает течь из носа. Хвала богам! Но она останавливается не по моей воле. Неестественно быстро, да, однако и чудесным Исцелением, которого я ждал, это тоже не назвать.

Станет ли мое тело залечивать отекшие синяки, мешающие моим мышцам в правой ноге? Станет ли оно заживлять нервы в плече, поврежденные вывихом?

Если бы я мог направить магию, то сам бы выбирал, что Исцелить в первую очередь. Но мне приходится ждать. Надеяться.

Гранд-мастер говорит:

— Если существует Творец и я когда-нибудь с Ним встречусь, то задам ему два вопроса: «Почему свет?» и «Почему турбулентность?». Думаю, на первый Он сможет ответить.

— Турбулентность? Это какая? Вроде той, что бурлит в озере, когда туда льется водопад? – спрашиваю я.

— Вы когда-нибудь видели тень от огонька, которая вдруг начинает колебаться в комнате без сквозняка? То же самое происходит с предвосприятием: образы вдруг теряют очертания, мерцают. Поэтому настоящие пророчества невозможны.

— Тем не менее я видел, как пророчества сбывались, – говорю я.

— Все это лукавство, обман, дешевые фокусы и уловки шарлатанов.

— У вас вряд ли получится заклеймить шарлатаном Дориана Урсуула.

У гранд-мастера перехватывает дыхание.

— Так вы и правда знакомы с Дорианом. Любопытные же у вас друзья.

— Мы не друзья. Совсем, – говорю я, припомнив наш последний разговор.

— Но вы не отрицаете, что знаете его.

Мне кажется, будто я на чем-то попался, хотя не могу понять, почему это так важно.

— Разве кто-нибудь по-настоящему знает Дориана?

— Это он прислал вас сюда?

— Нет. – Кажется, нет. Хотя, мы поговорили, и теперь я здесь. – А что?