Книга Немезида ночного ангела, страница 309 – Брент Уикс

В первую очередь я хочу вывести из строя магов, но отнюдь не маги зажигают первый факел. Отважный молодой офицер решил, видимо, рано уйти на покой, и потому сделал все правильно, вовремя, но не с тем противником. По его щекастому, бледному лицу катится пот, оно блестит в красноватом свете поднятого им факела. Я бегу на него с «длинным хвостом», считаю шаги и готовлюсь развернуться. Его рот открыт, он выкрикивает приказы, и вдруг, в последнюю секунду, прислушавшись к какому-то шестому чувству, пытается пригнуться.

Вместо того чтобы разрубить мягкую плоть шеи и отсечь ему голову, мой клинок врезается ему выше глаз, сносит верхнюю треть черепа, которая, кувыркаясь, улетает прочь и вырывает украденный меч из моей руки.

Офицер роняет факел, его тело мерзко бьется в конвульсиях и продолжает цепляться за жизнь – хотя, казалось бы, куда уже.

Но наверху, на круге балконов, уже вспыхивают другие огни. Я замечаю там чародейку; она зажигает прожектор, который прорезает тьму толстым, ярким лучом.

Я уклоняюсь от удара копьем, хватаюсь за него одной рукой, подтягиваю копейщика к себе и бью его кулаком в шею. За секунду до соприкосновения ка'кари превращается в шипы на моих костяшках. Удар ногой с разворота отбрасывает в сторону тяжелый щит другого бойца и полностью гасит об него мою инерцию. Остановившись, я несильно бью его этой же ногой наотмашь по лицу. Он подается назад, уклоняется от моей стопы, но не от ка'кари, слегка удлинившего мой удар острым серповидным клинком. Окровавленный, мой противник оседает на пол.

Но прежде чем я успеваю переместиться, в меня, сомкнув щиты, врезаются двое бойцов. Мощь их натиска относит меня к ближайшей стене. Я вот-вот буду раздавлен. Опустив головы вниз и подняв щиты, мои враги ревут.

Стена приближается, и я, вместо того чтобы сопротивляться им, падаю, хватаюсь за нижние края их щитов и рывком перекатываюсь под них.

Бойцы пробегают по мне, один даже наступает мне на живот… и сами врезаются в стену. Щиты они все еще держат перед собой, но без меня им некем погасить удар.

Ка'кари возникает в моей руке в форме стилета, и я трижды бью каждого бойца по почкам, после чего отскакиваю в сторону и скрываюсь от обычного зрения.

Пробегая по скамьям и столам, я на ходу расправляюсь еще с двумя солдатами, рассекаю их на бегу, словно незримый ветер, каждую секунду быстро меняю направление, но двигаюсь все время к центру зала и к стоящей посреди него статуе.

Прожектор опускается вниз и тычет в меня. Он перемещается следом за мной слишком быстро, и я догадываюсь, что зачарован не только луч, но и механизм, который двигает прожектор вслед за взглядом чародейки.

Проклятые алитэрцы и их бесконечное золото. Чародейка с прожектором, похоже, видит меня в магическом спектре, поэтому я меняю невидимость, чтобы спрятаться от нее.

Как можно быстрее я карабкаюсь по темной стороне статуи, тут и там отрывая куски дерева и краски от вычурного подобия кого-то из старых императоров. Затем я прыгаю с его головы вперед, лечу по дуге, на секунду попадаю в луч прожектора и приземляюсь в дюжине шагов от чародейки. Она впадает в панику.

Ее одинокий телохранитель остается на месте, пытается прикрыть ее бегство, даже несмотря на то, что она бросила его на произвол судьбы.