Книга Немезида ночного ангела, страница 404 – Брент Уикс

Императрица вскакивает и бьет его по щеке.

— Знай свое место!

Мускулы в его огромном теле напрягаются, он стискивает зубы, делает вдох, а затем произносит:

— Ты права. Прошу, прости меня. – Он становится на колени, затем падает ниц.

Глаза императрицы все еще гневно сверкают, но, стоит ей увидеть Рефа'има в столь униженной позе, уголки ее губ на миг приподнимаются.

— Скажи мне: ты хочешь, чтобы твое наказание было публичным или осталось за закрытыми дверями?

Рефа'им поднимает голову. Ни в его взгляде, ни в его голосе нет ни намека на слабость.

— Я полностью полагаюсь на твой выбор.

— Дай мне твой ремень, – говорит она, надевая пеньюар.

С каменным лицом Рефа'им встает на колени, снимает пояс и протягивает его императрице. Даже на коленях он оказывается ненамного ниже ее, стоящей в полный рост.

— Мне лечь перед вами снова, ваше императорское величество? – спрашивает он.

Я не слышу в его голосе ни обиды, ни дерзости. Похоже, происходящее его вообще не трогает.

— Нет, – отвечает она, складывая ремень пополам. – Я милую тебя.

— Я щедро отблагодарю вас за это, – смиренно говорит Рефа'им.

— Кайлар избавился от чар слежения, – говорит императрица, пристально глядя на него.

Губы короля на миг становятся белыми, жилы выступают из шеи, а затем он произносит:

— Ясно.

— Перед этим чары ничего нам не сообщили. Он не пользовался талантом, пока не развеял их. Скорее всего, Кайлар с самого начала знал, что мы за ним следим. Выходит, он был рад убить чародейку, но не прибегал к своим способностям, чтобы мы не могли их изучить. – Императрица бросает Рефа'иму ремень и рычит: – Вставай. Одевайся.

— Кайлар опасен, – говорит Рефа'им. – Я не преувеличиваю. Приручать его все равно что приручать волка: это тяжело, но все наши труды с лихвой окупятся, и он еще несколько поколений будет приносить нам пользу. Так что попытаться, несомненно, стоит.

— Если только он нас не убьет, верно? – легкомысленно спрашивает Селестия, вытаскивая волосы из-за ворота пеньюара. После этого она звонит в колокольчик, призывая слуг.

Я пригибаюсь пониже и сажусь на корточки, чтобы спрятаться за роскошным креслом. Для обычного зрения я все еще невидим.

— Именно, – отвечает Рефа'им. Затем, когда из ближайшей ко мне двери в комнату вбегает стайка слуг, он говорит: – Ваше величество, принимая во внимание эту новую угрозу, не согласитесь ли вы последовать моему совету касательно Облачного мыса?

Императрица вздыхает и расставляет руки, чтобы слугам было удобнее ее одевать, но больше не обращает на них внимания.

— Бегство сильно ударит по моему авторитету. Тебе это известно. Люди скажут, что я бросила их в минуту опасности.

— Да, знаю, – просто отвечает Рефа'им. – Но еще это напомнит им, сколь ничтожна цена их жизней в сравнении с вашей. И потом: для чего еще копить хорошую репутацию, если не для того, чтобы в нужный момент ее потратить?

Императрица неохотно спрашивает:

— Ты все еще желаешь остаться?

— Желаю? Куда больше мне бы хотелось уйти вместе с вами. Но так мы напомним людям, что и моя жизнь столь же ничтожна.

Селестия печально качает головой.

— Нет, просто тебе хочется показать им, что в мое отсутствие главный – ты. Ты стремишься быстро и изящно поднять свой собственный авторитет. Не так ли?

— Вы видите меня насквозь, ваше императорское величество. Признаюсь: такая мысль меня посещала. Я – чужак при вашем дворе, и если вы как можно раньше продемонстрируете подданным, что доверяете мне, то сильно упрочите мое положение среди знати в западной столице и за ее пределами. К тому же «главным» я стану лишь формально, ведь управлять кораблем будут опытные кормчие, да и место назначения у него только одно… Что я могу сделать не так? – Рефа'им залихватски улыбается императрице.