Книга Игла из серебра, страница 170 – Яна Лехчина

Впрочем, Уршула многого и не знала. Только то, что Йовар убит, что брат Лазар на самом деле – его давно пропавший ученик и что даже в мыслях продолжать называть его «братом Лазаром», пожалуй, неправильно.

— Да, Урыся, – отозвалась госпожа из-за дверей. – Входи.

Боги, откуда у неё такая проницательность…

Уршула предполагала, что застанет у госпожи Амельфу или Ляйду, но та была одна. Сидела не в гостевой комнате, а дальше, – там, где обычно работала.

Из приоткрытого окна тянуло свежим воздухом. Отсюда открывался вид на господарский сад, и ветви яблонь шелестели под ставнями. Госпожа переместила кресло близко к окну, и ветерок слегка шевелил её полурасплетённые волосы, струящиеся по платью, как жидкое золото, – значит, она не ждала сегодня никаких важных посетителей, иначе бы не расплелась.

Перед госпожой стояла клетчатая доска для игры в калифову войну, давний подарок пана Авро. На поле из тёмного дерева и молочного мрамора – две маленькие рати. Красные, из граната, и прозрачные, из горного хрусталя. Красные фигуры напоминали героев восточных сказок, а прозрачные – рыцарей Иофата. Уршула хорошо их знала: она сама не раз играла в калифову войну с Ляйдой, Амельфой или самой госпожой, но редко побеждала. Сейчас фигурки были сдвинуты, точно госпожа сама с собой разыгрывала какую-то партию, – однако явно думала о чём-то другом.

— Садись, – предложила госпожа.

— Я не помешаю?

— Нет. – Госпожа Кажимера передвинула красного царя: на голове – тюрбан, а вместо лица – морда ящера. – Что нового?

— Я спрашивала о пане Авро, но Мореника заявила, что он по-прежнему слаб и никого не принимает, и…

— Ага. – Госпожа усмехнулась. – Ах, Авро-Авро. Умнейший человек, а из всех карт разыграл карту слабого здоровья, лишь бы спрятаться от меня.

Она подняла глаза.

— А что нового у тебя, Урыся?

Уршула считала, что её жизнь – последнее, что могло бы занять госпожу. Столько всего произошло за последнее время.

— Я… – Она осеклась. – Я в порядке.

— Чудесно. – Госпожа Кажимера чуть склонила голову вбок. Подождала, не скажет ли Уршула ещё что-то, и добавила сама: – Слышала, Юрген уезжает.

Это было так странно – говорить о нём, хотя случились события важнее и страшнее. Уршула даже не нашлась, что ответить.

— Я упомянула его не потому, что хотела тебя задеть. – Госпожа Кажимера передвинула хрустального всадника, рыцаря с мечом наголо. – Надеюсь, теперь, когда всё так неудачно закончилось, ты понимаешь, почему меня так разозлило твоё… – Она хмыкнула. – Избирательное молчание.

Сердце Уршулы застучало быстрее. Она не хотела говорить о Юргене – только о делах госпожи, чтобы как-то подсластить горечь всех последних бесед. И она не хотела отвечать «нет, не понимаю» – хотя действительно мало что понимала, поэтому просто переспросила:

— Неудачно закончилось?

Госпожа Кажимера откинулась на спинку кресла.

По её лицу снова проскользнула тень разочарования. У Уршулы неуютно защекотало в животе.

— Ладно. – Госпожа посмотрела в окно. Невесело улыбнулась. – Это не твоя вина. И не вина Ляйды. Может, я вас переоценила, а может, просто польстила самой себе. Ведь если ученик ничего не понял, вопросы к его учителю.

Она вновь глянула на доску.

— Ну, давай разбираться. – Шагнула хрустальным царём. – Знаешь, какой конец был бы удачным? Йовар не отказался от своего двора. Не попал в цепи. Вернулся в Чернолесье после того, как я раскрыла создателя чудовища. Вуаля. Цветы, музыка, все танцуют. Кроме создателя чудовища, конечно, но где преступление, там и расплата.