Онлайн книга «Навьи пляски»
|
Даже в тусклом свете было видно, как зарделась Софья. — Я знаю, что приятно думать, что это вы, – остановила её Ива. – Но стать целью заложного очень страшно. Не бывает от такого ничего доброго. — Благо, что он к вам приходить не начал, – поддакнул Назар. – Есть такой род нечисти… Ива шикнула. — Подумайте, Софья Николаевна, было ли у Стаха нечто такое, чем он дорожил? Воцарилось молчание. Из печи выполз домовой, которого Софья не могла видеть, но и Ива старалась не смотреть на него, чтобы не пугать барыньку. Уж достаточно с неё впечатлений на эту ночь. — Медовый, – вдруг сказала Софья. Ива вздрогнула от неожиданности. — На конюшне был конь, Медовый, – продолжила барынька. – Отец выкупил его из цирка, когда мне было четырнадцать. Я помню, как он ходил на каждое выступление, в котором он участвовал. Они со Стахом выступали вместе. Софья запнулась, тяжело сглотнула. Назар налил воды, протянул ей. Барынька взяла, но пить не стала, провела тонким пальцем по краю расписного глиняного стакана. — Тогда он купил их обоих. Ива не смогла сдержать вздоха. А Софья продолжала. — Не знаю, что отец нашёл в этом коне. Он выбирал себе породистых, с родословной, гнедых. А этот – невзрачный, рыжий такой. С отметиной белой. – Она коснулась переносицы, словно указывая место, где была отметина. – Стаха он конюхом назначил – я говорила уже… Стах никого к нему не подпускал, даже меня. А я такая глупая была. И злая, – голос Софьи в очередной раз сорвался. Она судорожно глотнула воды. – Я однажды в конюшню прокралась и выпустила коня из стойла. Я думала, он убежит, а отец накажет Стаха. Но Медовый никуда не ушёл. Я этого даже предвидеть не могла. Стах отцу ничего не сказал об этом. Но мне до сих пор так стыдно… Вы хотите отдать ему коня? Ива опустила взгляд. Внезапно она осознала, что у них осталось всего несколько часов страшной ночи. Их ждал извозчик, и, даже если они успели бы добраться до города, как вывести лошадь из поместья? Это не брошь и не шарфик, за пазухой незаметно не пронесёшь. — Чертей можно попросить коня принести, – склонился к ней Назар. – Ежели они людей на себе носят, то что, коня не осилят? К тому же, слыхала ведь, говорят, лошадей черти и вылепили… — Слыхала, – перебила его Ива. – Только где мы сейчас чёрта возьмём? Ни ты, ни я не чертистые пока, а суседки таким заниматься не будут, им от дома нельзя далеко. Знали бы раньше – не крошили бы того, из полотенца… — Погоди, – остановил её Назар. – Есть у меня полевой один знакомый, я с его поля этим летом бисей выгонял, которые там по ночам в карты играли и ему жить мешали. Со мной пойдёшь? — Ага. Ива посмотрела на Софью, которая замерла, глядя на тлеющие угольки в печке и думая о чём-то своём. — Придётся вам ещё одной посидеть, барынька, уж не обессудьте. Софья перевела взгляд на неё и невесело улыбнулась. Уходя, Назар подкинул в печь дров, шёпотом приказал домовому присмотреть за барынькой и указал Иве на дверь. Идти пришлось недалеко: в центре деревни стоял колодец, возле которого сновала тень. Но не чертиная – человеческая. Назар ускорил шаг. Блеснул в свете окон крест на груди незнакомца. — Отец Савелий?! – в голосе Назара звучали и удивление, и облегчение. Ива чувствовала то же самое. После встречи с бесом они не обсуждали, куда пропал дьяк, уверовав в то, что того чёрт схарчил – и всего делов. |