Книга Осколки наших разбитых сердец, страница 80 – Daria Tetslova

Ни её старания, ни даже десяток других женщин, готовых на всё, не смогли бы сейчас пробудить во мне интерес. Всё её усилия были напрасны.

— Ты всё ещё обижен на меня? — тихо спросила она, подойдя ко мне со спины. Её пальцы мягко скользнули по моим плечам, стягивая рубашку.

— Нет, я просто устал, и мне сейчас не до твоих игрищ, — ответил я, оборачиваясь и встречаясь с её глазами.

— Ты хоть когда-нибудь бываешь не уставшим?! — резко спрашивает она. — Я только и слышу о том, что ты устал или тебе просто некогда, постоянно пропадаешь на своей работе, катаешься со своими друзьями развлекаться, а меня держишь взаперти! — её голос срывается. — А стоило мне один раз выйти в клуб, так ты отчитал меня как маленькую, глупую девчонку! — она выдыхает, высказывая всё, что давно копилось у неё внутри.

Я тяжело вздохнул, натянул футболку и домашние штаны, повернулся к ней, стоящей передо мной, словно разъярённая фурия. Её глаза метали молнии, а губы дрожали от обиды.

— Лу, я тебя не держу и насильно в Россию не привозил, ты сама захотела отправиться за мной, — напомнил ей, а она от моих слов только сильнее разошлась.

— Ты хочешь сказать, что я навязалась тебе?! — от возмущения задохнулась она, ловя ртом воздух.

— Заметь, это не я сказал, — хмыкнул, проходя на кухню и бросив взгляд на расставленные повсюду свечи, подумал, что их пора потушить, пока чего не произошло.

Лу, не отставая, последовала за мной, всё так же расхаживая в одном нижнем белье.

— А может, у тебя здесь появилась другая? — внезапно предположила она, и в её голосе зазвучали нотки ревности. Уцепившись за эту мысль, она, похоже, решила не отпускать меня так просто. — Кто она?

— Без понятия, — пожал я плечами с нарочитым равнодушием, доставая из холодильника картонную коробку с ужином. Поставил её в микроволновку, стараясь не встречаться с Лу взглядом.

— Это та девушка, которую ты вытащил из огня, да? — не унималась она, пристально наблюдая за мной, словно пытаясь поймать на лжи. — Ты же ещё ездил навестить её в больнице, это она?

— Лу, ты сама себе что-то напридумывала, сама поверила и теперь решила вынести мне мозги, — потёр пальцами переносицу, чувствуя, как нарастающая головная боль начинает давить на виски.

— А что ты тогда предлагаешь? — она встала передо мной. — Я сижу здесь, не могу выйти никуда, мне даже не с кем поговорить, а ты ещё приходишь и игнорируешь меня.

— Я предлагаю купить тебе билет до Мюнхена, чтобы ты вернулась к отцу, своей привычной жизни и к своим друзьям, раз ты так мучаешься здесь, рядом со мной, — спокойно произнёс я. Это был единственный разумный вариант, который я видел. — Я герой не твоего романа, Лу.

— Мама, а когда придёт Давид? — спрашивает пуговка, нетерпеливо подёргивая коленкой.

— Совсем скоро, солнышко, — отвечаю, стараясь скрыть улыбку.

За какие‑то три часа наших сборов на свадьбу она ни на секунду не забывала об Исхакове — каждые пять минут задавала один и тот же вопрос.

Когда я заканчиваю заплетать последнюю косичку, раздаётся звонок в дверь. Пуговка мгновенно соскакивает со стула и, опередив меня, стремглав несётся к входной двери. Пока я кладу на стол расчёску, уже слышу её радостный визг и негромкий, бархатистый мужской голос.