Книга Последняя надежда драконьего императора, страница 124 – Виктория Чара

Я даже закричать нормально не успела.

Тело ухнуло в пустоту, пояс впился в живот и сначала резко дёрнул назад к дракону, но камень продолжал осыпаться, и Рэйвен полетел вниз следом за мной.

Но в ту же секунду что-то неуловимо изменилось, и меня поперёк туловища перехватили мощные драконьи лапы с огромными чёрными когтями.

За спиной Рэйвена раскрылись крылья, заслонив половину неба. Взмах, ещё взмах — и мы перелетели на другую сторону обрушившегося каменного моста.

Я больно стукнулась коленом о камень и тут же оказалась крепко-накрепко прижатой к Рэйвену, который уже снова принял человеческий облик.

Несколько секунд мы оба просто дышали. Точнее, я дышала, а Рэйвен рычал мне куда-то в макушку.

— Больше ни одного шага, пока ты не проверишь землю посохом.

— Я не специально! — всхлипнула я немного обиженно.

Он шумно втянул воздух и сжал меня ещё крепче.

— Прости. Я очень испугался за тебя. Больше не отпускай мою руку.

Я еще хотела обиженно объяснить, что вообще-то не виновата в том, что обрушился перешеек, но от его «прости» и «испугался» не смогла выдавить из себя ни слова. Только едва сдержала подступившие слёзы и неловко похлопала его по руке.

— Ну ничего, ничего. Я тоже испугалась. Обещаю идти осторожнее, — всё же пообещала я.

Дальше мы шли медленно, и я через каждые несколько шагов осторожно прикасалась к тропинке посохом. Настоящая картина мира то и дело являлась из-под морока во всей своей ужасающей натуральности.

То трава оказывалась колючим серым мхом, то земля, казавшаяся ровной, — каменными плитами с трещинами. А один раз впереди показалась уютная полянка, на которой даже вроде бы журчал ручей, но после прикосновения посоха ручей стал узкой чёрной расселиной, из которой тянуло холодом.

Первое хоть сколько-то безопасное место мы обнаружили ближе к полудню. Хотя без солнца время здесь определить было почти невозможно. Но есть я к этому моменту хотела уже совершенно нечеловечески, скорее даже как небольшой дракон.

Мы вышли на каменную площадку, и я походила вокруг, проверяя посохом все углы. Ничего опасного не обнаружив, с огромным облегчением села прямо на плоский камень.

Рэйвен поставил защитный купол вокруг места нашего привала и развязал мешок. Из него на белой расстеленной салфетке появились хлеб, холодное порезанное мясо, сыр, фляга с водой, два яблока и завёрнутые в ткань тонкие лепёшки.

Я быстренько умяла хлеб с мясом, потом сыр, потом яблоко. Рэйвену даже уговаривать меня не пришлось.

А потом он хитро прищурился и попросил:

— Закрой глаза.

О, я люблю такие сюрпризы!

Я зажмурилась в предвкушении. Честно говоря, ждала, что он меня поцелует. А то сколько идём — и никакой романтики, сплошь серьёзные разговоры, пропасти и мороки.

Но тут на языке я почувствовала кисло-сладкий вкус тех самых засахаренных ягод, которые он давал мне во дворце, чтобы подсластить послевкусие после отвара.

— Ты взял для меня ягоды? — прошамкала я, одновременно рассасывая это сладкое чудо. — Очень вкусно.

Рэйвен выглядел до неприличия довольным. Вот правда, когда бриллиантами меня задарил, таким счастливым не был.

Но романтики всё-таки хотелось, и я сама потянулась за поцелуем.

Рэйвен не заставил себя уговаривать. Горячая ладонь легла мне на затылок, притягивая ближе, и на несколько сладких мгновений исчезли и туман, и камни, и серое небо над головами. Остались только его губы, вкус засахаренных ягод и совсем неуместная мысль, что если во имя спасения мир такие перерывы надо делать почаще.