Книга Настоящие алмазы фальшивой графини. Дилогия, страница 171 – Татьяна Милях

Дарёна словно от смущения потупилась, но осаживать наглого кавалера не стала, а, кокетливо улыбнувшись, указала пальчиком в перчатке на одну из полок:

— Вы не говорили, Сергей Алексеевич, что у вас есть перевод «Путешествий Гулливера» Джонатана Свифта. Слышала, преинтереснейшая история.

— У меня есть не только Свифт, графиня! Здесь найдётся и «Робинзон Крузо» Даниэля Дефо, — мартовским котом замурлыкал Пушнов, охотно потянувшись к соседнему стеллажу, чтобы продемонстрировать свою эрудицию.

— О, надеюсь, вы разрешите мне как-нибудь одолжить ваши книги для чтения? — певуче спросила Дарёна, изящно протягивая кавалеру руку.

— Всё, что пожелаете, графиня, — приложившись губами к тонкому шёлку перчатки, Пушнов многозначительно заглянул в её зелёные глаза. — Я с радостью позволю вам заглянуть не только в мои шкафы, но и в моё сердце...

— Ах, ну что вы, право... — сделав вид, будто не на шутку смутилась, Дарёна отвела глаза. «Спасибо, что хоть сразу свою спальню оглядеть не предложил», — мысленно фыркнула она.

— Кхм, кхм! — демонстративно громко напомнил о себе француз, и увлёкшаяся парочка, наконец, вспомнила, что в комнате они не одни.

Мгновенно сменив маску смущённой вдовушки на ледяную неприступность, Дарья повернулась к Пушнову и указала веером в сторону его приятеля:

— Сергей Алексеевич, ваш друг смотрит на меня так, будто я не гостья, а коварная преступница, посягнувшая на ваши тайны. Простите, но здесь становится невыносимо душно. Пожалуй, я пройду в концертную залу к остальному обществу.

— Мадам, я немедленно вас провожу! — подскочил Пушнов.

— Ах, не стоит. Столько внимания к моей персоне... Нет, мне, право, неловко, — она удержала его жестом веера. — Лучше я появлюсь там одна, дабы полностью исключить лишние пересуды, — Дарёна презрительно зыркнула в сторону Бротара, вложив во взгляд всю спесь знатной графини. — А вы... займитесь своими делами, — напоследок воскликнула она и, гордо вскинув головку, величественно, точно королева, покинула библиотеку.

— Луи, как же ты не вовремя! — яростно зашипел Пушнов, едва за гостьей закрылась дверь. — Ещё бы немного, и крепость пала!

— Ничего, завоюешь свою вдовушку чуть позже, — ухмыльнулся француз, но тут же пренебрежительно поморщился. — И что ты только в ней нашёл, Серж? По мне, так ничего особенного. Она совершенно не соответствует канонам красоты. Кожа недостаточно белая... И графиня даже не скрывает этого благородным слоем пудры, как делают все приличные дамы! — возмутился Бротар. — А где румяна? Фи…

— А зачем они ей, если на её щеках играет живой, настоящий румянец? — заступился за свою пассию Пушнов.

— Да, глаза большие, но ведь не голубые, а зелёные, как у дикой кошки! — продолжал придираться Бротар. — И они настолько пронзительные, что у меня, признаться, мурашки бегут по спине под её взглядом.

— Это верно, — охотно согласился Сергей, и его собственные глаза шаловливо заблестели. — И согласись, Луи, это чертовски будоражит кровь!

— А рот? Он же далеко не маленький, как предписывает мода, — не собирался уступать приятель.

— Зато какие чувственные губы... Меня так и подмывает их поцеловать! Представляю, какими пухлыми и манящими они станут, если их слегка прикусить... — Пушнов мечтательно закатил глаза и даже причмокнул.