Книга Настоящие алмазы фальшивой графини. Дилогия, страница 62 – Татьяна Милях

— Ишь ты... смекнула, егоза, — едва слышно, одним дыханием выдохнул он. На его губах промелькнула тонкая, почти хищная усмешка. Он понял: девчонка не просто везучая, у неё есть расчёт. Пока мальчишки рвали ткань, надеясь на скорость, эта «графиня» работала с равновесием, как заправский весовой мастер на монетном дворе.

В следующее мгновенье в абсолютной тишине девочка продемонстрировала монету, и ни один медный бубенец даже не качнулся.

— Гляди-ка... — выдохнул Камчатка, и в его голосе впервые не было насмешки.

— Ну что, щенки, видели? — хмыкнул Цыган, окинув публику ироничным взглядом. — Она его не тащила. Она его выпила из кармана, ровно воду, — он удовлетворённо поджал губы. — А ты — молодец, малая. Рубль твой.

— Это у неё случайно получилось! — выкрикнул Ивашка.

— А у тебя случайно не вышло, — хихикнул старик Зотов.

— Иди-ка сюда, — приказал Цыган, а когда Дарёна подошла, бесцеремонно взял её за руку и перевернул ладонью вверх. — Ты где так кисть сорвала, малая? Кожа тонкая, а хватка — как у щипцов. У тебя пальцы-то не воровские, у тебя они... живые. Слышат, где нитка слабее, где монета тяжелее. — Он обернулся к Рыжему и сплюнул: — Хватит ей у церкви поклоны бить. У неё рука «золотая». Такую на паперти держать — всё равно что бриллиантом гвозди заколачивать.

— Я ж не спорю, — Потап пожал плечами. — Ну что, Дарёнка? Пальцы у тебя тонкие, а воля, видать, железная. Пойдёшь к Матвею в науку. Будешь у него «ширмой» и «маяком». Он тебя научит, как у господ из-под носа не копейки, а золото уводить.

— Так она же девка! — возмутился Ивашка.

— Да, Рыжий! — прохрипел Камчатка, не выдержав. — Бабье дело — на коленях стоять, а не в карманы лезть! Подведёт она нас под кнут!

Потап резко обернулся, и его лицо исказила злая усмешка:

— Она — девка, Егор, пока рукоделием занимается. А как руку в карман сунет, она — мастер. Ты вон своими лапищами только подковы гнуть горазд, а она нам такие куши принесёт, что ты про водку забудешь и на наливку перейдёшь.

— Слышь, шпана! — воскликнул Цыган. — С этого дня Графиня у церкви лоб не бьёт. На паперти любой дурак стоять горазд, а тут... тут дар божий.

«Шпана» заурчала, но возразить больше никто не посмел.

С того дня Дарёна больше просить милостыню не ходила, а перешла в обучение к Матвею.

Теперь Ивашка и прочие задиры стали её побаиваться. Одно дело — сирота, которую из жалости приютил Рыжий, и совсем другое — «щипачка», которую отметил сам Цыган.

[1] Каменный мешок— тюрьма.

[2]Слово «мошенник» происходит от древнерусского «мошна» (мешочек для денег, кошелек) т.е. это человек, который крадёт из мошны (кошелька), затем когда Пётр 1 ввёл в обиход европейский костюм с карманами, приобрело значение карманного вора (карманника) и позже обманщика.

[3] Пойти на чёрную работу (воровск. жаргон 18-19в.)— отправиться на кражу.

[4] Завалинка— это традиционная невысокая земляная насыпь или искусственный выступ вдоль наружных стен деревянного дома (избы), предназначенные для утепления нижней части строения (фундамента и нижних венцов) в зимнее время. Часто использовалась как место для сидения.

[5] Писка— специально заточенная монета (пятак), края которой были острыми, как бритва.

[6] Сырой— пьяный человек как потенциальная жертва. Современное вульгарное «бухой» (то есть «набухший») имеет такую же внутреннюю форму.