Книга Эскалация, страница 74 – Алексис Опсокополос

В столовой настроение сразу испортилось — едва войдя в здание, я нос к носу столкнулся с Зотовой.

— Привет! Ты мне как раз и нужен! — деловито заявила Арина, увидев меня.

— Привет! — ответил я. — Что-то случилось?

— Пока ничего, но у меня есть к тебе серьёзный разговор.

— Арина, больше я на это не куплюсь.

— Он действительно серьёзный.

— Хорошо. Я тебя слушаю.

— Здесь? — удивилась княжна.

— Ну если разговор серьёзный, то зачем тянуть? — ответил я, уверенный, что Арина опять заведёт свою старую песню про свою якобы любовь ко мне и женитьбу.

— Может, всё-таки в другом месте?

— Если ты про мою комнату, то нет.

— Это не очень-то вежливо и красиво — такие слова говорить, — надулась княжна.

— Ну извини, эти слова не на пустом месте появились.

— Что скажешь, насчёт встречи в кафе вечером? — спросила Зотова.

— Арина, давай уже как-то решим этот вопрос раз и навсегда, — сказал я, стараясь казаться убедительным и вежливым одновременно. — Ты просто супер, ты красивая, сексуальная, умная, но я тебя не люблю. И ты меня тоже, что бы ты там ни говорила. Нам было хорошо вместе. Очень хорошо. Если бы не твоя свадьба, можно было бы повторить. Но ты выходишь замуж, поэтому нет. Извини!

— Я просто хотела поговорить, — мрачно сказала княжна нахмурившись.

— Так говори! Мы болтаем три минуты о том, что тебе надо поговорить, уже бы поговорили.

— Здесь?

— А что такого? Нас вроде никто не подслушивает.

— Хорошо, — согласилась княжна и заговорщически прошептала: — Я узнала, что Троекуров готовит тебе большую гадость. Не знаю, какую, но он хочет отомстить за то, что ты его унизил. Сильно отомстить.

— В принципе не удивила. А откуда такая информация?

— Не могу сказать откуда. Скажем так: девчонки болтают.

— Что ж, буду иметь в виду. Спасибо! Пока!

Я собрался уже идти, но Арина схватила меня за руку и, глядя в глаза, сказала:

— Если мы поженимся, мой отец сможет тебя защитить!

— У меня есть те, кто сможет меня защитить, но спасибо за предложение, — ответил я, осторожно высвободил руку и направился за подносом.

— Хорошо подумай! — донеслось мне вслед.

После обеда я побежал искать Игнатьева, чтобы договориться с ним о реванше с Корецкой после занятий. Ярослав Васильевич, выслушав меня, дал согласие на наш с Дарьей поединок на арене, но при условии, что драться мы будем под его присмотром. Мне это было даже на руку — всякое могло произойти: от несчастного случая во время поединка никто не застрахован, поэтому опытный преподаватель помешать никак не мог.

На занятиях по боевой магии мы в этот день отрабатывали заклятия. Поединков не было, поэтому сил у нас осталось много. Ещё в начале занятия я сказал Корецкой, что договорился и реванше и предупредил, чтобы она в конце не уходила.

Когда занятие закончилось, и вся группа ушла, а на арене остались лишь мы с Дарьей да Ярослав Васильевич, преподаватель сказал:

— Давайте, ребятки, по-быстрому, у меня не так много времени.

— Здесь Вы можете не переживать, — ответил я. — Мы постараемся очень быстро.

— Вообще, Андреев, тебе должно быть стыдно, — неожиданно заявил Игнатьев.

— За что? — удивился я.

— Выходить на поединок с заведомо более слабым соперником — не самый красивый поступок.

— У нас пари.

— Тем более.

— Я должен выиграть поединок за тридцать секунд.