Книга Эльфийский Петербург, страница 107 – Алексис Опсокополос

— Не нравится мне это всё.

Признаться, я ожидал от Романова чего-то более развёрнутого после столь долгих раздумий — то что ему это всё не нравится, было и так понятно. Кесарь тем временем ещё раз вздохнул и добавил:

— Очень не нравится. Я не ожидал, что этот адвокат будет чем-то полезен, и был уверен, что он в сговоре с твоим отцом. Скажу больше, я до сих пор в этом уверен. Но ситуация складывается так, что княгиня Белозерская не может выбить из адвоката информацию, и всё выворачивается таким образом, будто твоего деда убил я.

— Мы вовсе так не считаем, — попытался я успокоить кесаря. — Есть большая вероятность, что Дроздова хорошо обработали сильные менталисты, просто бабушка не может взломать его защиту и вернуть ему все воспоминания. Но даже если деда всё же убили, бабушка допускает, что это сделали не вы.

— Жаль, что я не могу поверить в такую версию — убийство в тюрьме, — сказал кесарь.

— Почему?

— Потому что это невозможно. Доступа к твоему деду не было ни у кого, кроме адвоката и трёх надзирателей с безупречной репутацией. В тюрьме его могли убить лишь по моему приказу, а я такого приказа не отдавал. Адвокату однозначно подменили воспоминания.

— Но доказать это, к сожалению, невозможно. Бабушка три дня с ним как только ни билась — бесполезно.

Романов снова призадумался, опять минут пять ходил по кабинету, затем сказал:

— Мы поедем к твоей бабушке!

— Как? — удивился я.

— А как ты к ней обычно добираешься?

— Через портал.

— Ну я вот тоже подумал, вряд ли ты каждый раз бегаешь через линию фронта. Где портал?

— В моей квартире.

— Ну, поехали!

— Сейчас?

— А чего ждать? Появилась возможность разобраться в этой запутанной истории, вместе у нас намного больше шансов это сделать. В любом случае мне не помешает поговорить с княгиней Белозерской, мне сейчас меньше всего нужно, чтобы вы с ней думали, что я убил твоего деда.

Звучало это всё логично, но всё равно предложение было очень уж неожиданным.

— А можно я бабушку предупрежу? — спросил я.

— Нужно, — ответил Александр Петрович. — Но не по телефону.

Мы покинули кабинет кесаря и в его машине поехали на мою квартиру. Ехали молча, каждый думал о своём. Признаться, я даже толком и не думал — в моей голове просто ураганом проносились различные мысли одна за другой.

Очень уж богатыми на события получились последние дни: сначала история с поимкой Дроздова, затем информация, полученная от него. Всё это и так сильно повышало градус напряжённости и волнения, а тут вдруг кесарь Романов решил нанести визит в имение княгини Белозерской.

Как-то слишком уж стремительно начали развиваться события — я к такому готов не был. Единственное, что меня однозначно радовало в этом всём — желание Александра Петровича доказать, что это не он убивал деда. И я всё больше был склонен ему в этом вопросе верить.

Звонить бабушке было опасно, её номер мог прослушиваться спецслужбами Петербурга. Шанс на это был небольшой, но он был. Не хотелось ставить эти спецслужбы в известность, что к княгине Белозерской едет сам кесарь Российской Федерации. Не хватало ещё, чтобы его попытались там захватить.

Как только мы приехали на мою квартиру, я тут же отправился к бабушке. Разумеется, как всегда, с Тойво. Выйдя из башни в имении княгини Белозерской, бросился её искать. Мне повезло — почти сразу же я наткнулся на Ристо, который сообщил, что Её Светлость у себя в кабинете. Туда и я побежал.