Книга Эльфийский Петербург, страница 146 – Алексис Опсокополос

Королева хотела на это что-то ответить, но лишь нахмурилась, а премьер-министр тем временем обратился к консулу Карингтону:

— А вот почему в Санкт-Петербурге власть сменилась так неожиданно — это уже другой вопрос, и ответ на него мы хотели бы получить от Вас, милорд!

— Для меня это такой же неприятный сюрприз, как и для всех, — ответил Карингтон. — Но Жилинский даже в разговоре со мной упорно отказывается признавать, что это он убил Седова-Белозерского, уверяет, что это дело рук князя Гагарина. Думаю, у них там произошёл какой-то неожиданный конфликт внутри их ордена, раз и Гагарина убили. И по Жилинскому не скажешь, что он сильно рад произошедшему. Он выглядел растерянным и подавленным во время нашего с ним последнего разговора.

— Виконт! — сурово произнесла королева. — Почему Вы никогда не говорили нам, что граф Жилинский — идиот? Почему я только сейчас узнаю, что русский эльф, на кого мы сделали ставку, интеллектом не выше моих корги?

Карингтон потупил взор и молчал.

— Или в Петербурге все идиоты и готовы верить чему угодно? — Виктория Вторая продолжала добивать консула. — Хоть кто-нибудь там поверил, что это Гагарин убил Седова-Белозерского?

— Вы правы, Ваше Величество, — сказал Эджертон. — Не так страшна сама смена власти в Петербурге, как то, что провёл это всё Жилинский крайне грязно.

— Большая ошибка, что мы сами не устранили Седова-Белозерского. Вы должны были это сделать, барон! — королева обращалась уже к руководителю внешней разведки. — Причём сделать так, чтобы ни у кого не возникло сомнений, что это дело рук Новгорода!

— Жилинский не соглашался на это, — оправдываясь, сказал глава МИ-6.

— А зачем вы его спрашивали? Надо было сделать так, чтобы даже он верил в то, что убийство Седова-Белозерского организовал и осуществил Романов. Толку, что Жилинский отказывался? Для чего? Чтобы в итоге самому его убить и подставить себя?

Бреннану нечего было на это ответить.

— Есть ещё одна проблема, — произнёс Карингтон. — Возможно, большая. Я отправил помощника к вдове Седова-Белозерского, чтобы он выразил соболезнование ей и детям погибшего. Но оказалось, что семья князя исчезла.

— Что значит, исчезла? — спросил Эджертон.

— Их не оказалось в имении, и никто не знает, где они, — ответил консул. — Конечно, есть шанс, что они просто не хотят, чтобы их тревожили, но вероятность, что их убили вместе с Седовым-Белозерским тоже велика.

— Это очень плохо, — сказал премьер-министр.

— Гибель детей всегда плохо, — согласился глава разведки. — Но в нашей ситуации это особо ничего не меняет.

— Скажите, барон, Вы знаете, чьим правнуком был Седов-Белозерский? — спросил Эджнртон Бреннана.

— Да, милорд, знаю. Но княгиня Белозерская давно отстранилась от всего. Она почти безвылазно сидит в своём имении, и, похоже, её мало что интересует. Это было видно по её реакции на убийство старого князя в Новгороде.

— Боюсь, у меня для Вас плохая новость, барон, — вздохнув, произнёс Эджертон. — Да, княгиня никак не отреагировала на убийство своего внука, как и на гибель правнука. Она умная женщина, и, видимо, решила не лезть в дела взрослых мужчин, давно сделавших свой жизненный выбор. Но сейчас мы говорим о детях.

— Соглашусь с Вами, милорд, это немного другое, но не забывайте, княгиня Белозерская — старая женщина, у которой почти не осталось связей. Что она сможет сделать?