Книга Я есть Закон! Том 3, страница 51 – Денис Деев, Алексис Опсокополос

Драка, наёмные бандиты, «подарок» на кладбище — всё это было лишь началом игры. Я смотрел на свои руки, на свои сбитые костяшки, и понимал, что правила этого мира я ещё только начинаю осознавать. И если эти люди решили, что могут вычеркнуть меня из жизни — они совершили большую ошибку.

Когда Кира подъехала к своему участку, то ворота, послушные невидимому сигналу, бесшумно поползли вверх, впуская нас внутрь. Мы въехали прямо в гараж, где мгновенно вспыхнул рассеянный свет. Стоило нам покинуть кабину пикапа, как пространство отозвалось приветливым механическим голосом, доносившимся из потолочных динамиков:

— Добро пожаловать домой. Ужин греть?

— Да, — ответила Кира. — Меню номер три. Две порции. У нас гость.

— Гости — это хорошо, — радостно отозвался «умный» дом.

Я огляделся. Гараж был оборудован лучше, чем многие профессиональные мастерские: вдоль стен тянулись стеллажи, заваленные инструментом, оборудованием и какими-то деталями, назначение которых я не мог определить с первого взгляда. Рядом с пикапом стоял красный скоростной байк — изящная, агрессивная машина.

— Катаешься? — спросил я, кивнув на мотоцикл.

— Не особо, — ответила Кира. — Моей целью было его собрать. Это проект «с нуля». А теперь… по городу на нём носиться — прямой путь к самоубийству. Думаю разобрать его и переделать во что-то более функциональное.

Мы вышли из гаража на улицу, и как только дверь за нами захлопнулась, на Киру буквально напрыгнула пятнистая тень. Я непроизвольно отшатнулся, но «тень» оказалась огромным сервалом. Зверь с утробным мурлыканьем ластился к хозяйке, обвивая её ноги длинным хвостом.

— Конго! — рассмеялась Кира, трепля его за ушами. — Оголодал бедняга. И соскучился.

Я замер, наблюдая за хищником. Конго тем временем оставил хозяйку и переключился на меня: стал ходить кругами, держась на безопасной дистанции, и тихо, недовольно фыркать. Его жёлтые глаза-блюдца впились в меня, оценивая как потенциальную угрозу.

— Не нападёт? — спросил я, чувствуя, как внутри снова просыпается напряжение.

— Только если ты начнёшь громко кричать или попытаешься на меня броситься, — спокойно ответила Кира.

Я медленно наклонился и протянул руку в сторону животного, стараясь не делать резких движений. Конго застыл. Его верхняя губа чуть дёрнулась, обнажая острые клыки, а из груди вырвалось низкое, вибрирующее рычание.

— Конго не котик, Илья, — голос Киры стал серьёзным. — Это опасный хищник. Не надо его гладить, если не хочешь остаться без пальцев.

— Я просто хочу подружиться, — ответил я, не отводя взгляда от дикого зверя.

— Привыкнет со временем. Если будешь почаще приходить в гости, он поймёт, что ты «свой». А пока — не провоцируй.

Кира потянула меня за рукав, увлекая к входу в дом. Ткань рубашки, уже успевшая присохнуть к краям ножевой раны на плече, натянулась и потащила за собой кожу. Я не сдержался и скривился, с трудом подавив рвущийся из груди стон. В глазах на мгновение потемнело от острой, пронзающей боли, которая отозвалась во всей руке — от кончиков пальцев до лопатки. Адреналин от схватки окончательно сошёл на нет, и теперь каждое движение отдавалось в теле глухим, тягучим гулом.

Кира мгновенно среагировала, заметив, как я дёрнулся и втянул голову в плечи. Она тут же отпустила мой рукав, и её лицо, только что выражавшее лёгкую уверенность, снова стало встревоженным.